В лагере метисов была большая суета. Метисы вообще не отличаются подвижностью и скорее склонны к лени, но на этот раз женщины и мужчины были одинаково возбуждены и заняты приготовлениями к празднеству. Разумеется, самою важною принадлежностью праздника являлся бочонок виски. Казначей лагеря Баптист должен был позаботиться о том, чтобы в этом напитке не чувствовалось недостатка. Но так как метисы не были прихотливы насчет качества напитка, то виски, которое поставлял им белый кабатчик из поселка, было самого плохого сорта и было настоящей отравой, вызывавшей быстрое опьянение.
Празднество было устроено в огромном ветхом сарае. Сквозь щели крыши видны были яркие звезды, сверкавшие на темно-синем летнем небе. Устроители праздника, озабоченные недостатком места, удалили несколько лошадиных стойл, которые были в сарае, и остались только ясли да запах конского навоза. Ясли были выкрашены красной краской, а грубые загородки, отделявшие стойла, и доски, покрывавшие их, были превращены в сиденья. Затем надо было украсить столбы и балки здания, и для этого были употреблены лоскутки бумажных тканей яркого цвета. Такие ткани имелись в большом выборе в магазине Лаблаша. Веселые молодые метисские женщины покупали их у него для своей праздничной одежды, и, разумеется, Лаблаш выручал на этом хороший барыш. Фестоны из разноцветной бумажной материи, розетки и флаги — все это употреблено было для украшения зала, и это пестрое убранство придавало ему издали вид лавки, торгующей старым тряпьем.
Ряды коптящих масляных фонариков висели на заржавевших проволоках, прикрепленных к полусгнившим балкам в центре, а в маленьких оконных отверстиях, где отсутствовали стекла, стояли черные пустые бутылки со вставленными в них сальными свечами.
Один угол в этом здании был специально отведен для музыканта. Там было устроено нечто вроде эстрады с балдахином из пестрой ткани, что указывало, какое важное значение придавалось музыканту на этом празднике.
В десять часов сарай был освещен, и появились первые танцоры. Тут собрались различные типы туземцев, в самых разнообразных и пестрых одеждах. Были тут и молоденькие девушки, и беззубые старухи. Были такие лица, которые, в своей дикой прелести, могли бы соперничать с белыми красавицами восточных штатов. Но были и уродливые лица, испорченные болезнью. Среди мужчин также попадались великолепные образцы физической красоты, и, как бы в противовес им, такие, которые представляли собою ходячие развалины. Но все были одинаково веселы и возбуждены, даже те мужчины и женщины, которые от старости, ревматизма и пьянства едва передвигали члены.