Будучи по натуре грубияном, торговец было заворчал что-то про «всяких, которые лезут, куда не просят», но Михаил посмотрел на него так выразительно, что у того пропала охота протестовать: он свесился на противоположную сторону и снова заснул, более не докучая юной путешественнице своим обременительным качанием.

Она на мгновение вскинула глаза на молодого человека, и в этом взгляде он прочел скромную, молчаливую благодарность.

Вскоре Михаилу Строгову представился повод более определенно оценить характер этой девушки. Верст за двенадцать до Нижнего Новгорода на крутом повороте рельсового пути вагон вдруг очень резко тряхнуло, потом он покатился дальше уже по инерции и ехал так с минуту.

Пассажиры, многие из которых попадали при этом толчке на пол или даже покатились кубарем, подняли крик, в вагоне воцарилась отчаянная суматоха – таково было первое следствие происшествия. Можно было опасаться серьезной катастрофы. Поэтому еще прежде, чем поезд остановился, двери вагона распахнулись, перепуганные пассажиры стали выпрыгивать наружу, в панике ища спасения.

Михаил Строгов прежде всего подумал о соседке, но в то время как прочие пассажиры ринулись к выходу, вопя и толкаясь, девушка преспокойно осталась на своем месте, разве что слегка побледнела.

Незнакомка ждала, что будет дальше. Михаил тоже ждал.

Она и не подумала бежать из вагона. Даже пальцем не шевельнула.

Итак, оба сохранили полнейшую невозмутимость.

«Вот это характер!» – втайне подивился Строгов.

Между тем вскоре выяснилось, что опасности и в помине нет. Оказалось, произошел обрыв бандажа багажного вагона, что и вызвало сначала сильный толчок, а затем остановку поезда. Но еще немного, и он мог сойти с рельсов, рухнуть в овраг с высокой насыпи. Происшествие это стало причиной часовой задержки. Наконец путь расчистили, поезд тронулся и в половине девятого вечера прибыл на нижегородский вокзал.

Прежде, чем кто-либо успел выйти из вагона, в дверях появились полицейские и принялись проверять пассажиров.

Михаил Строгов предъявил им свою подорожную на имя Николая Корпанова и, следовательно, не ожидал никаких осложнений.

Что касается остальных пассажиров, все они ехали в Нижний Новгород и тоже, на свое счастье, не вызвали у инспекторов никаких подозрений.

Девушка же предъявила не паспорт, коль скоро паспорта в России больше не обязательны, а особое разрешение на проезд, причем в таком конверте, вид которого наводил на мысль, что это документ специального назначения.

Инспектор прочитал его очень внимательно. Затем, пристально оглядев ту, чьи приметы там содержались, спросил: