Прежде всего он велел направить обе пушки на два открытых прохода между скалами, откуда можно было ожидать появление дикарей. Потом он велел привезти с джонки сотню пустых бутылок; их разбили, а осколки разбросали вокруг склада с трепангом. Это было последнее средство, которое должно было оказать решительное действие на голые ноги дикарей.

Закончив все приготовления, капитан спокойно стал поджидать появления туземцев. На первую вахту он стал вместе с Хансом и шестью наименее трусливыми малайцами. Ван–Горн и Корнелиус должны были сменить их на вахте после полуночи.

Была полная тьма. Завывание ветра и всплески разбивающихся о прибрежные камни волн производили такой гул, что в случае ночной атаки не было бы возможности уловить шума надвигающейся толпы, как бы она ни была многочисленна.

Ван–Сталь, самым добросовестным образом несший вахту, особенно внимательно всматривался в близкие к берегу скалы. Время от времени он посылал кого–нибудь из малайцев к складу трепанга: капитан боялся, чтобы дикари, подползая тихо, как змеи, не напали на лагерь врасплох. Посылал капитан малайцев и на берег удостовериться в том, что шлюпка — их последнее прибежище — была на месте.

Но ни одна тень не промелькнула ни со стороны береговых рифов, ни со стороны опоясывавших берег скал. В полночь Ван–Горн и Корнелиус, с десятью другими малайцами, явились сменить Ван–Сталя и стать на вахту.

— Ничего нового? — спросил Корнелиус капитана.

— До сих пор ничего, но будьте внимательны. Я не спокоен и буду очень удивлен, если эта ночь пройдет без происшествий.

И капитан проскользнул в одну из палаток вместе с Хансом, буквально валившимся с ног от усталости, а Ван–Горн и Корнелиус уселись в свою очередь у огня, не выпуская из рук ружей.

Приблизительно через полчаса после смены вахты недалеко от костра послышалось какое–то рычание.

— Варрангалы! — сказал, поднимаясь, Ван–Горн. — Странно: эти животные так дики, а подошли совсем близко к нам.

— Они шли, верно, по какому–нибудь следу, — сказал Корнелиус.

— Не думаю, что–то подозрительно.

— А что это, как ты думаешь?

— Не сигнал ли?

— Ты ничего не видишь?

— Ничего… Ночь так темна.

В этот момент снова послышался тот же звук, но еще ближе.

— Нет, это не крик варрангал, — сказал Ван–Горн. — Я не ошибся: это сигнал.

— Ты думаешь, что дикари близко? — Корнелиус вскочил на ноги.

— Тише…