— Но ведь твоя плоскодонка тоже не могла идти круто к ветру.

— В бейдевинд нет, конечно, но зато она шла в бакштаг. Они же двигались только на фордевинд. Вы все знаете, что в Северной Атлантике преобладают западные ветры. Это их устраивало. Но ветер мог отойти к юго-западу или даже к норд-весту, а то и к зюйду. Для обычного парусника, направляющегося в Европу, такой ветер все равно будет попутным, но их он мог отнести во льды между Гренландией и Исландией или в Саргассы, к южным штилям.

— Это верно, ветер не всегда дует чисто с запада, — заметил Жобиг. — В 1870 году капитаны Бакли и Примораз совершили переход из Ирландии к нам в Бостон на запалубленном шестиметровом вельботе «Сити оф Рагуза». Они плыли против преобладающих ветров, хотя их судно тоже не очень хорошо ходило в бейдевинд. Это было первое настоящее плавание вдвоем. И у них хватило смелости плыть на запад. Я видел их прибытие; они провели в море 84 дня, продукты почти кончились. Посудина начала течь, но им привалило дикое счастье — они нашли в море бочонок смолы и смогли починить свою лодку и варить пищу.

— Я тоже видел их. Успех «Сити оф Рагуза» и «Нонпарейля», прибывшего в Саутгемптон за 43 дня, заставил меня задуматься. Если «Нонпарейль», который ходил только на фордевинд, сумел добраться до Европы, почему бы моей плоскодонке под парусом не сделать то же самое? А раз два капитала прошли в обратном направлении, что значительно труднее, я и подавно пройду с запада на восток в одиночку.

— И вам никто не пытался помешать?

— О, неоднократно! Но ведь в Америке все можно, верно? Я ни у кого не просил помощи, и никто не обращал на меня особого внимания.

Я долго обсасывал эту идею и, наконец, когда столетний юбилей был совсем близко, решился.

Сначала устроил в лодке нечто вроде двойного дна, чтобы предохранить свое имущество и провизию от воды. Я решил взять запасной трос и немного парусины, чтобы в случае надобности произвести ремонт. Потом установил мачту, которую можно было поднимать и опускать вручную. На ней я поднимал грот и два фока, а иногда и прямой парус, позволявший мне при фордевинде не сидеть у руля. Но для того чтобы моя плоскодонка могла плавать под парусом, требовался балласт. Чугунные балластины занимали страшно много места, кроме того, их надо было как следует принайтовить, иначе… вы увидите, что могло бы получиться тогда.

Конечно, я не мог взять с собой столько провизии, чтобы каждый день устраивать пиршества, вроде сегодняшнего, или пить как бочка. Но мы, ньюфаундлендские рыбаки, привыкли жить без излишеств.