Сэм встал, подошёл к шкафу и достал оттуда кости. Он бросил их на стол и, пододвинув свой табурет к столу, сел.
Монеты он разделил на две одинаковые кучки. К одной кучке прибавил шпагу и часы, к другой – пистолет, табакерку и булавку с драгоценным камнем.
Питер Блад, внимательно и настороженно следивший за ними, почти не чувствуя боли от удара по голове – так напряжённо искал он в эти минуты какого-либо пути к спасению, – заговорил снова. Страх и отчаяние сжимали его сердце, но он мужественно не позволял себе в этом признаться.
– И ещё одного обстоятельства ты не учёл, – медленно, словно нехотя процедил он сквозь зубы. – А что, если я пожелаю дать за себя выкуп, значительно превосходящий ту сумму, которую испанский адмирал предлагает за мою голову?
Но это не произвело на них впечатления. А Каузак даже поднял его на смех.
– Tiens90! А ты же был уверен, что Хейтон явится сюда освободить тебя. Как же так?
И он расхохотался, а за ним и Сэм.
– Это вполне вероятно, – сказал капитан Блад. – Вполне вероятно. Но полной уверенности у меня нет. Ничего нет абсолютно верного в этом неверном мире. Даже и то, что испанец заплатит вам эти восемьдесят тысяч реалов, то есть ту сумму, в которую он, как мне сообщили, оценил мою голову. Со мной ты можешь заключить более выгодную сделку, Каузак.
Он умолк, но его острый, наблюдательный взгляд успел уловить алчный блеск, мгновенно вспыхнувший в глазах француза; успел заметить он и хмуро сдвинутые брови второго бандита. Помолчав, он продолжал:
– Ты можешь заключить со мной такую сделку, которая вознаградит тебя за всё, что ты потерял у Маракайбо.
Потому что за каждую тысячу реалов, обещанную адмиралом, я предлагаю тебе две.
Каузак онемел с открытым ртом, выпучив глаза.
– Сто шестьдесят тысяч? – ахнул он, не скрывая своего изумления.
Но огромный кулак Сэма обрушился на шаткий стол.
Сэм грубо выбранился.
– Хватит! – загремел он. – Как я договорился, так и сделаю. А не сделаю, мне несдобровать… да и тебе, Каузак, тоже. Да неужто ты, Каузак, такая курица, что пове-
90 Tiens! – Вон как! (
рил этому беркуту? Ведь он заклюёт тебя, как только ты выпустишь его на свободу!