— Безусловно, — подтвердил мистер Паттерсон, — и я считаю, что гваделупцы вправе потребовать...
— Потребовать?! — воскликнул плантатор. — А кто же будет это делать?..
— Разве у вас нет представителей во французском парламенте?..
— Сенатор... два депутата... — протянул господин Баррон. — Они делают все, что в их силах, дабы защитить интересы колонии!.. Но, увы!
— Это их долг! — провозгласил ментор. — Святой долг! Вот увидите, они непременно преуспеют!
Вечером 21 августа господин Баррон проводил гостей на борт «Стремительного». В последний раз обняв племянника и пожав руки его товарищам, он заявил:
— Послушайте-ка, вместо того чтобы идти на Мартинику, не лучше ли провести еще недельку на Гваделупе?..
— А как же мой остров?.. — воскликнул испуганно Тони Рено.
— Твой остров, малыш, волной не смоет, и ты его навестишь в другой раз.
— Месье Баррон, — возразил мистер Паттерсон, — ваше предложение нас бесконечно трогает... и мы благодарим вас от всего сердца... Но следует придерживаться программы миссис Кетлин Сеймур...
— Ладно!.. Плывите на Мартинику, юные друзья! — удрученно покачал головой господин Баррон. — Но остерегайтесь змей!.. Их там тысячи, и, говорят, англичане специально завезли их туда, прежде чем передать остров Франции.
— Как можно?.. — воскликнул ошарашенный ментор. — Нет и нет! Никогда не поверю в подобный злой умысел со стороны моих соотечественников...
— Это исторический факт, мистер Паттерсон, факт! — кипятился плантатор. — Но если вас вдруг там укусит змея, знайте, что это будет английская змея...
— Английская или нет, — попытался утихомирить страсти Луи Клодьон, — но мы поостережемся, дядюшка!
— Кстати, — поинтересовался господин Баррон, прежде чем покинуть судно, — капитан у вас стоящий?..
— Первоклассный, — ответил мистер Паттерсон, — и мы все им очень довольны... Миссис Кетлин Сеймур не могла бы сделать лучший выбор...
— Тем хуже, — совершенно серьезно заметил господин Баррон, покачивая головой.
— Тем хуже?.. Но почему же, ради Бога?..
— Потому, что если бы у вас был плохой капитан, то, возможно, при выходе из порта он посадил бы «Стремительный» на мель, и я имел бы удовольствие задержать вас в Роз-Круа еще на несколько недель!