Спокойная речь короля, изложенная с такой искренностью и сочувствием, пленила Натаниэля и он протянул руку в знак согласия. Когда Стрэнг взял его руку, капитан Плюм увидел за его плечом лицо молодой девушки. Оно яснее всяких слов предупреждало его об обмане, о коварстве короля.

— Когда вы уйдете от нас и вернетесь на материк, там, среди людей, которые отбросили всякие правила общественности, которые дали полную свободу всяким порокам, среди хижин, переполненных преступниками, среди женщин с поблекшими, лишенными слез глазами, которые больше не смущаются воспоминаниями о преступлениях, среди этого погибающего мира вы найдете тех, кого напрасно будете искать здесь.

Стрэнг встал. Его глаза пылали от незаслуженной обиды, страсти и гнева.

Громоподобный голос дрожал от возбуждения. Он отбросил в сторону свою шляпу и нервно зашагал по комнате. Его косматые волосы упали на плечи, вены на лбу надулись. Натаниэль сидел молча и наблюдал за этим человеком, чей голос — мог бы увлечь за собой Целый народ. Он прислушивался к грому этого голоса, и нервы Натаниэля напрягались в бессознательном стремлении противостоять этому гневу. Когда Стрэнг опять заговорил, его голос звучал нежно и мягко, как голос женщины.

— Это они там, на материке, унизили нас. Это они покрыли нас преступлениями, никогда нами не совершенными. Это они — ломаниты разъединили наш народ, чтоб избавиться от нас и похитить наших женщин. Дикие мужчины, которые покинули семьи ради безбрежности пустынь, где легче избежать кары закона. Ищите между моим народом, капитан Плюм, и постарайтесь найти вашу собственность. И если вы не сможете найти там, где в течение семи лет ни один ребенок не родился вне закона, — ищите между ломанитами. Мои шерифы вам помогут.

Когда Стрэнг кончил, выражение его лица было совсем другое. Оно было проникновенно и озарено улыбкой. Низкий голос умолк, но звук его еще раздавался в ушах капитана Плюма. Это был Стрэнг — трагик, оратор, победитель законов и человеческой души. И когда он замолчал, Натаниэль встал покоренным. Он поверил в него, как верили ему тысячи. Но вдруг капитан Плюм заметил в нескольких шагах сзади пророка девочку. Она держала в руке исписанный листок бумаги и жестом давала понять, что записка предназначалась для него. Когда она поймала его взгляд, она смяла листок в комок и бросила через площадку на землю под лестницу.

— Я благодарю вас за преимущество и гостеприимство, которые вы мне предоставляете на вашем острове. Я, конечно, воспользуюсь ими, но для начала мне очень хотелось бы присутствовать на одной из ваших церемоний, которая, я слышал, должна иметь место сегодня.