В кабинете полукругом сидели семь офицеров ГРУ, увлеченно наблюдая, как Фосс Глай выполняет свою садистскую работу. Казалось, что они совершенно не обращают внимания на приглушенные звуки выстрелов, доносившихся снизу. Заметив несколько опустошенных винных бутылок на полу, Питт рассудил, что именно алкоголь притупил их слух.

Руди Ганн лежал в стороне с лицом, разбитым едва ли не в кашу, отчаянно пытаясь с гордым презрением поднять голову. Один из офицеров направлял небольшой автоматический пистолет на залитого кровью Джордино, привязанного к металлическому стулу. Невысокий мускулистый итальянец сидел, прогнувшись вперед, головой почти касаясь коленей и медленно раскачивая ее из стороны в сторону, будто пытался развеять боль и восстановить зрение. Один из мужчин поднял ногу и двинул Джордино сбоку, сбив его на пол вместе со стулом. Рэймонд Лебарон сидел рядом и немного позади Глая. Некогда энергичный финансист был похож на человека, понемногу превращающегося в привидение, словно дух уже покинул его тело. Его глаза казались ослепшими, лицо не выражало никаких чувств. Глай замучил старика до такой степени, что тот превратился в прогнивший овощ.

Джесси Лебарон стояла на коленях в центре комнаты и непокорно смотрела на Глая. Ее волосы были коряво обстрижены покороче. Она сжимала покрывало, накинутое на плечи. На обнаженных руках и ногах были видны безобразные красные рубцы и темные синяки. Казалось, что ей уже ничего не приносит страданий, мозг женщины перестал воспринимать боль. Несмотря на свой жалкий вид, в эту секунду она казалась особенно красивой, трудно было не оценить ее спокойствие и стойкость.

Фосс и остальные обернулись к прибывшему лифту, но тут же вернулись к своему занятию, увидев, что внутри как будто никого нет.

Как только двери начали закрываться, Питт шагнул в кабинет, с безжалостным ледяным спокойствием поднимая «АК‑74» на уровень глаз и открывая огонь.

Первые прицельные выстрелы пришлись в человека, который сбил Джордино на пол. Вторым пал обвешанный медалями офицер, сидевший перед Ганном, – с простреленной грудью он повалился спиной на шкаф. Третья и четвертая очереди повалили навзничь троих офицеров, кучно сидевших бок о бок. Дирк перехватил автомат, беря на прицел Фосса Глая, но могучий перебежчик среагировал намного быстрее, чем остальные.

Громила рывком поставил Джесси на ноги и прикрылся ею, словно щитом. Питт на несколько мгновений замялся, и этого хватило седьмому русскому, лежавшему, упершись локтями в пол, чтобы схватить автомат и не целясь выстрелить.