– Вы, господин Кондорсе, закончите свою жизнь на каменном полу тюрьмы. Вы умрете от яда, который вы, как и многие в долгожданном Царстве Разума, вынуждены будете постоянно носить с собой. Вы примете яд, чтобы избежать встречи с палачом… А вы, господин Шамфор, зарежете самого себя – по той же причине… А вот вы, господин Мальзерб, встретите смерть на эшафоте. И вы… и вы… – он перечислял знаменитые имена сидевших в зале, – все на эшафоте!
Наступило молчание.
– Ах, какие напасти! Вот что значит заниматься политикой! Насколько мы, женщины, счастливее вас, мужчин, – к политике мы непричастны, ни за что не отвечаем, и потому наш пол… – засмеялась герцогиня де Граммон, пытаясь обратить все сказанное в шутку.
– …Ваш пол, сударыня, – резко прервал ее Казот, – не сможет послужить вам защитой. И как бы мало ни были вы причастны к политике, вас, герцогиня, постигнет участь мужчин. Вас тоже повезут на эшафот… И вас… и вас… и вас… – Он называл имена присутствующих красавиц.