Человек, стоявший рядом, вдруг сказал:

– Скорее бы! А то с самого утра стоим!

– Много вас таких стоит, – ответили ему, – вот зверю и не пробиться.

А и правда, подумал Маркел, теснотища какая! И опять посмотрел на слона. Слон был уже недалеко. Рядом со слоном шёл Клюев, усмехался, пёс, а за Клюевым шёл Ряпунин и вёл слона на позолоченной верёвочке, а за ним шли клюевские люди, с полдесятка, все как один мордовороты краснорожие. Многовато их, да что поделаешь! Подумав так, Маркел поднял руку, махнул рукавом, из него выскочила дудочка. Вот что тогда Маркел в Нижнем купил! А теперь он в неё задудел. Слон сразу же остановился, замахал ушами. Толпа, идущая за ним, остановилась. А Маркел, продолжая дудеть, быстро сошёл с крыльца и выступил на мостовую. Слон, как только увидел Маркела, стал радостно приплясывать, похрюкивать. Клюев схватил слона за бивень, Ряпунин что-то закричал, мордовороты кинулись к Маркелу, но он ловко от них вырвался и отскочил, и опять заиграл – ещё громче! Мордовороты снова кинулись к нему…

Но тут слон мотнул головой, и они попадали как чурки. Тогда слон обкрутил Маркела хоботом, поднял его над толпой и посадил себе на спину. Маркел опять начал дудеть. Клюев снизу закричал «скотина», мордовороты кинулись к слону, но тот ещё раз мотнул головой, они шарахнулись, Ряпунин замахнулся копьецом… Но слон опередил его, ударил бивнями, и Ряпунин отлетел в толпу, вся рожа в кровище. Слон было кинулся за ним, но тут же опомнился и встал как вкопанный. А так подавил бы там тучу народу в этой тесноте, а что! А так всё само по себе обошлось. Маркел засмеялся, повернул слона, и тот пошёл через Никольские ворота в Кремль. Там Маркел ещё раз показал, куда сворачивать, и они пошли вверх по Никольской улице. Слон шёл мягко и размашисто, Маркел дудел в дудочку, смотрел по сторонам, никто за ним больше не гнался, никто не кидался, и на душе у него было радостно. А за Маркелом валила толпа.

Так они дошли до Соборной площади и только там остановились, потому что дальше, от Успенского собора и до Благовещенского, стояла ещё одна толпа. Маркел перестал дудеть, но зато слон заревел во всю мощь, толпа стала раздаваться в стороны. Маркел опять начал дудеть и направил слона на толпу. Толпа совсем раздалась, и теперь Маркел увидел перед собой здоровенную пустую площадь, а посреди неё стояли два человечка: один в царских бармах и в короне, а второй в персиянских одеждах. Первого Маркел сразу узнал, это был царь и великий государь Фёдор Иванович, а второй – персиянский посол, которого, как после оказалось, звали Ази Хосров. Слава Тебе, Господи, подумал Маркел, наконец, доехали, ловко соскочил на мостовую, повернулся к слону и велел: