– Ты видел там датчан? – спросил я.

– Да, господин, видел.

– Кто их возглавляет?

– Не знаю, господин.

– У них есть знамя?

Священник кивнул:

– Оно висит на доме епископа, господин. На нем нарисована белая лошадь.

Итак, там был Свейн: знамя с изображением белой лошади подтвердило, что он остался в Дефнаскире, а не попытался присоединиться к Гутруму.

Повернувшись в седле, я посмотрел на родную деревню священника, которую не тронула война. Ни одна крыша не сгорела, ни один амбар не был опустошен, да и церковь все еще стояла на своем месте.

– Датчане сюда приходили? – спросил я.

– О да… Они приходили, и не один раз.

– Они насиловали? Грабили?

– Нет, господин. Но они купили зерно. Заплатили за него серебром.

Датчане, которые хорошо себя ведут. Еще одна странность.

– Они осадили Эксанкестер? – спросил я.

Такая осада имела бы смысл. Кридиантон находился достаточно близко к Эксанкестеру, чтобы дать приют большей части датского войска, в то время как остальные датчане окружили бы город побольше.

– Нет, господин, – ответил священник. – Нет, насколько мне известно.

– Тогда чем же они занимаются? – заинтересовался я.

– Они просто стоят в Кридиантоне, господин.

– А Одда сейчас в Эксанкестере?