– Именно такой организатор диверсий сейчас нужен. А вы со Шпигельглассом в свое время провели несколько уникальных операций по устранению людей. И сделали это блестяще.

– Я не понимаю тебя, Владимир Иванович. С чего такая таинственность? Не Гитлера же нужно убирать?

– Нет, Иван Артурович. Сейчас ты все поймешь. Убирать нужно не немца.

– А кого? Власова4?

– И не Власова и никого с той стороны! Убирать придется человека с нашей стороны. И человека большого.

– Я не понял тебя, Владимир Иванович.

– Да все ты понял, Иван! И не стоит разыгрывать удивление! У Шпигельгласса вы часто занимались подобным. Сколько тайных приказов вы выполнили? Еще тех, что давал вам Ягода5? Так что не разыгрывай мне тут гимназистку.

– Но ты ничего не говоришь толком. Только намеки. И если я такой спец в этой вопросе, то говори открыто. Нас здесь никто не слышит.

– Хорошо. Нужно чтобы ты организовал ликвидацию нашего военачальника.

– Нашего?

– Да.

– Какого уровня?

– Командующего армией.

– Ого! – вскричал Нольман. – Но зачем?

– Иван Артурович! Когда Шпигельгласс получал приказы, ты тоже задавал вопросы? Задача ликвидатора сделать свое дело – иными словами убрать того, на кого покажет партия!

Нольман хорошо понимал, что такое закулисная игра. Есть люди, которых признали неприкосновенными. Их арест или отстранение от должности может вызвать нежелательные разговоры в народе и армии. Но партии нужно чтобы они ушли, исчезли с исторической сцены, оставшись героями. И тогда дело доверяют ликвидаторам. Нольман был не новичком в таком деле. Еще в начале 30-х ему предложили поработать над ликвидацией видного ленинградского партийного чиновника…

***

Тогда с ним говорил Шпигельгласс.

– Тебе нужно срочно вернуться в СССР, Иван, – сказал он Нольману.

– Мне?