Возвращаясь домой, колонисты с удовольствием замечали, что орангутанг привыкает к своим хозяевам и, видимо, осваивается с новыми для него условиями жизни. Несмотря на это, Пенкроф из осторожности все еще не давал ему полной свободы и не освободил его от пут, отложив это до того времени, пока плато не будет совершенно изолировано. Но мастер Юп не особенно скучал и развлекался тем, что ел с утра до ночи, а когда плотники возвращались домой, он бросал еду и начинал играть с Топом, с которым находился в дружеских отношениях.

20 ноября строительство моста было окончено. Его подвижная часть, уравновешенная противовесами, двигалась очень легко на шарнирах, и требовалось лишь небольшое усилие, чтобы ее поднять. Когда подвижную часть моста поднимали, между рекой и балками моста получался просвет приблизительно футов двадцать, а это было даже больше, чем нужно для того, чтобы никакое животное не могло перебраться на левый берег.

Устройство моста теперь позволяло отправиться за оболочкой воздушного шара и привезти ее на тачке в Гранитный дворец. Колонисты хотели как можно скорее спрятать шар в одной из кладовых, где он находился бы в полной сохранности. Однако нужно было сначала проложить дорогу сквозь густую чащу лесов Дальнего Запада, что тоже требовало немало времени. Поэтому, прежде чем на что-нибудь решиться, Наб и Пенкроф отправились предварительно на рекогносцировку к гавани Воздушного Шара. Они выяснили, что полотно нисколько не пострадало от пребывания в пещере. Поскольку все оказалось в полном порядке, колонисты решили отложить пока перевозку шара и закончить запланированные работы по изоляции плато Дальнего Вида.

– Это будет самое лучшее, – заметил Пенкроф. – Тогда нам, по крайней мере, не надо будет бояться за птичник… Ни лисицы, ни другие вредные животные не доберутся до него!..

– И, кроме того, – добавил Наб, – тогда мы сможем вскопать часть плато и пересадить разные дикие растения…

– И подготовить землю для нового посева! – воскликнул моряк с торжествующим видом.

Пенкроф имел все основания беспокоиться о подготовке места для будущего посева, потому что благодаря его заботам посаженное в землю одно-единственное пшеничное зернышко принесло отличный урожай. Как и предсказывал инженер, оно дало десять колосьев, и в каждом колосе было по восемьдесят зерен, так что колонисты ровно через шесть месяцев оказались обладателями восьмисот зерен. В будущем они также надеялись получать обильный урожай два раза в год благодаря умеренному климату острова.

Все эти восемьсот зерен, за исключением пятидесяти, отложенных про запас на всякий случай, решено было немедленно посеять на новом поле и ухаживать за ними так же тщательно, как и за первым, единственным, зерном.