Итак, операция выдувания стекла была окончена, бесформенный кусок стеклянной массы превратился в прозрачный цилиндр, оканчивавшийся двумя полусферическими колпаками, которые было нетрудно отделить острой полосой железа, смоченной холодной водой. Тем же способом цилиндр был разрезан вдоль, затем его снова размягчили вторичным нагреванием, растянули на металлической доске и прокатали деревянным катком.

Первое стекло было готово. Операцию повторили пятьдесят раз и получили пятьдесят стекол. Вскоре во все окна Гранитного дворца вставили рамы с прозрачными стеклами; эти стекла, правда, были не слишком белыми и чистыми, но тем не менее пропускали достаточно света.

Что касается стеклянной посуды – стаканов, бутылок, рюмок и проч., – то сделать их было уже пустяком и забавой для стеклодувов. Все подобные вещи выходили из рук мастеров такими, какими они оказывались на конце трубки; им нужны были стаканы, а будут ли эти стаканы граненые или гладкие, большие или маленькие, – им было все равно. Пенкроф тоже попросил разрешения «подуть», но он дул так сильно, что куски стеклянной массы просто расползались и получались какие-то фантастические фигурки, что приводило в полный восторг этого взрослого ребенка.

Но, занимаясь изготовлением стеклянной посуды, колонисты не забывали время от времени ходить в лес, и в одну из таких экспедиций они совершенно случайно открыли новое дерево, благодаря которому еще больше пополнились запасы пищи.

Однажды Сайрес Смит и Герберт, отправившись на охоту, зашли довольно далеко в лес Дальнего Запада на левом берегу реки Милосердия. По дороге, как и всегда, Герберт задавал инженеру множество вопросов, на которые тот с удовольствием давал удовлетворительные ответы. Но охота, как и всякое другое дело, требует внимания, иначе даже при обилии дичи можно вернуться домой с пустыми руками. Сайрес Смит умел стрелять, но не был страстным охотником, а Герберт, несмотря на свою страсть к охоте, в этот день больше думал и говорил о химии и физике, поэтому многим кенгуру, пекари и агути удалось благополучно ускользнуть невредимыми из-под самого носа молодого ученого. Таким образом, проходив по лесу почти целый день, они рисковали вернуться домой ни с чем, как вдруг Герберт, забыв на минуту о химии и физике и увлекшись ботаникой, внезапно остановился и радостно закричал:

– Ах, мистер Сайрес, взгляните на это дерево! Знаете ли вы, что это такое?

Дерево, на которое он указывал, больше походило на куст с коротким чешуйчатым стволом и мелкими листьями с маленькими параллельными прожилками.