Тайна, требующая разъяснения. – Первые слова неизвестного. – Двенадцать лет на острове. – Признание. – Исчезновение. – Уверенность Сайреса Смита. – Постройка мельницы. – Первый хлеб. – Самоотверженный поступок. – Пожатие руки.

Да, несчастный плакал! Вероятно, какое-то воспоминание промелькнуло у него в мозгу, и, как сказал Сайрес Смит, слезы снова сделали его человеком.

Колонисты позволили неизвестному некоторое время побыть на плато и даже отошли от него подальше, чтобы он мог чувствовать себя совершенно свободным. Но пленник и не думал воспользоваться этой свободой, и поэтому Смит решил вернуться вместе с ним в Гранитный дворец.

Через два дня после этого испытания неизвестный, по-видимому, почувствовал желание принять активное участие в жизни колонистов. Он, очевидно, слышал и отлично понимал все, что ему говорили, но по какой-то непонятной причине до сих пор не произнес ни слова. А между тем дар речи вернулся к нему, потому что однажды вечером Пенкроф, приложив ухо к двери его комнаты, слышал, как неизвестный бормотал следующие слова:

«Нет!.. Чтобы здесь!.. Ни за что!.. Никогда!»

Моряк передал эти слова товарищам.

– Тут кроется какая-то тайна! – сказал Сайрес Смит.

Затем неизвестный вдруг принялся за работу и стал копать грядки на огороде. Во время работы он часто останавливался и долго стоял, по-видимому погруженный в свои мысли. Инженер настойчиво советовал не мешать незнакомцу, особенно в такие минуты уединения. Если же случайно кто-нибудь подходил к нему слишком близко, он поспешно отступал назад и, по-видимому, готов был разрыдаться от скорби.

Может быть, все это происходило потому, что его мучили угрызения совести? По-видимому, это было именно так, и Гедеон Спилет как-то раз, когда зашла речь о странном поведении неизвестного, заметил:

– Если он и не говорит, то только потому, что ему пришлось бы признаться в своих поступках.

Был ли он прав – покажет будущее, а пока следовало вооружиться терпением и ждать.

Еще через несколько дней, 3 ноября, неизвестный работал на плато Дальнего Вида, вдруг он выпустил из рук лопату и задумался. Сайрес Смит, наблюдавший за ним издали, увидел, что из его глаз снова потекли слезы. Инженеру очень хотелось чем-нибудь помочь этому несчастному, и он почти невольно, повинуясь только влечению сердца, подошел к нему, слегка дотронулся до его руки и сказал:

– Послушайте, друг мой!

Незнакомец еще ниже опустил голову, не желая встречаться взглядом с инженером, а когда Смит хотел взять его за руку, поспешно отступил.

– Друг мой, – снова повторил Сайрес Смит твердым голосом, – взгляните мне прямо в глаза. Я этого хочу!.. Я этого требую!