Все с интересом продолжали наблюдать за муравьями в надежде, что бесчисленные красные гости мертвого дерева, найдя какое-нибудь средство перебраться на дерево, наконец оставят их единственными хозяевами монгубы.

Вдруг зрители заметили движение между ветвями дерева, на котором, как они надеялись, токандейра найдут себе убежище, и почти тотчас же появилось странное существо.

Это было четвероногое, величиной с кошку, но совсем не похожее на нее по внешнему виду. Его длинное цилиндрическое туловище кончалось трубкообразным хвостом, удлиненным на конце. Плоская и низкая голова его завершалась узкой и тонкой мордой.

Глаза были так малы, что их с трудом можно было различить. Рот походил на круглое отверстие.

Животное было покрыто шелковистой шерстью, слегка курчавой, отчего оно казалось мохнатым. Шерсть была соломенного цвета, а на плечах и вдоль спины имела каштановые оттенки. Хвост представлял собою смесь обоих цветов.

— Тальмандуа! — вскричал мэндруку.

— Что это такое? — спросил Треванио.

— Муравьед, — отвечал индеец, — только маленький. Муравьеды этой породы всю жизнь проводят между ветвями и странствуют с дерева на дерево в поисках меда, пчел, ос и червяков.

— Ах! — продолжал индеец, точно осененный новой идеей. — О чем я думал! Я сказал, что токандейра хотели перелезть на дерево. А дело-то совсем не в том! Напротив… их волнение происходит оттого, что они увидели тальмандуа. Вот посмотрите, животное готовится к нападению на них.

Действительно, тальмандуа спускался вниз по веткам, помогая себе то когтями, то хвостом.

Очутившись на мертвом дереве, муравьед неподвижно растянулся на брюхе, потом начал слизывать муравьев, тысячами кишевших вокруг его, заостренным языком. Десять минут безостановочно пожирал муравьед токандейра, и тысячи насекомых исчезли в отверстии, заменявшем ему рот. Наконец муравьед, казалось, насытился и стал высовывать язык лишь через длительные промежутки, когда его снова искушала жадность, потом он и совсем прекратил свое занятие, с разбегу опять перепрыгнул на дерево и, выбрав там самую высокую ветку, поместился на ней. Здесь, обернув хвост вокруг туловища и спрятав морду в длинной шерсти на груди, он сладко заснул после сытного завтрака.

Но прежде чем предаться отдыху, тальмандуа, по всей вероятности, сначала убедился, что токандейра не могут уйти от него. И действительно, единственным спасением для них было скрыться в воду, но муравьи, по природе своей, боятся воды. Значит и муравьеду особенно нечего было беспокоиться за обед.

Пословица «далеко устам до чаши» так же справедлива для муравьедов, как и для людей. Когда животное, проснувшись после десятиминутного сна, посмотрело на мертвое дерево, чтобы удостовериться, что муравьи все еще там, оно было немало удивлено, не найдя на монгубе ни одного токандейра! Удивление читателя будет, пожалуй, так же велико, в особенности когда он узнает, что насекомые не укрылись в своем жилище, в дупле колоды, теперь наполненном водой, и что они не взобрались на соседнее дерево, от которого их все так же отделяло небольшое пространство воды.