Трудно, ужасно трудно было на это решиться, когда до клада осталось рукой подать… но что делать? Пардальян с Жеаном тут в своем праве — с этим никоим образом не поспоришь. А хоть бы и можно было спорить — неужели после всех великих услуг, оказанных ему с величайшим бескорыстием, король унизится до того, чтобы вести с ними тяжбу о наследстве? Да ни за что!

Партия проиграна, понял Генрих. Он был хороший игрок и умел проигрывать достойно. Пилюля, конечно, горькая, но надо ее проглотить, не особенно морщась. Король решился на это не без душевной борьбы, но надобно было все же попытаться избежать унижения.

Он смело взял на себя инициативу.

— Друг мой! — сказал он, изобразив веселье и величайшую развязность. — Вам известно, что я вас как раз собирался ограбить?

Быть может, он ждал, что Пардальян что-нибудь возразит, разыграет минутное удивление… для того он и выбрал слово «ограбить». Ничего подобного. Шевалье лишь подумал: «Ну вот, наконец-то!»

А вслух сказал так же весело:

— Да, известно. Господин де Сюлли раздобыл бумагу на итальянском языке с подробными пояснениями и ведет теперь раскопки под капеллой Святого Мученика.

— Откуда вы все знаете? — изумленно воскликнул король.

— Господин де Сюлли получил эту бумагу на моих глазах.

— Но он ничего не сказал мне!

— Он и не мог сказать, потому что не знает, что я наблюдал его встречу с человеком, передавшим бумагу.

Пардальян говорил все это с невиннейшим видом… Генрих, не веря ушам своим, поглядел на него и прошептал не без тайного восхищения:

— Дьявол, не человек!

А вслух произнес:

— Что же, вы с самого первого дня знали, что Сюлли хочет завладеть состоянием вашего сына, — и молчали? Не вмешивались?

— Ни в коем случае, Ваше Величество.

— Скажите пожалуйста! А почему?

— Потому что, — с неподражаемым спокойствием отвечал Пардальян, — что миллионы зарыты совсем не там, где их ищут. Пояснения в той бумаге — фальшивые. Сами судите, сир: ведь ваши люди искали миллионы под часовней и были совершенно уверены, что найдут, а искать в другом месте никому и в голову не пришло. Вот я и был спокоен.

— Тыща чертей! — огорченно буркнул король. — В хорошенькое дельце втянул меня Сюлли! Сколько денег-то даром ухлопали!

— Утешьтесь, Ваше Величество, — улыбнулся Пардальян. — Лежи миллионы действительно в том самом месте — вам бы все равно ничего не досталось. Да вы ничего и не нашли бы.