«Теперь я могу спокойно умереть… Богу угодно, чтобы я испустил дух здесь, ибо Он не нуждается во мне, чтобы спасти ту, которую я предал… Он послал мне этого человека!»

А Коголен бормотал вот что:

— Это я не для себя, господин колдун; это — для моего хозяина, для господина де Тремазана, шевалье де Капестана.

Лоренцо выпустил руку Коголена. Тот все порывался подобраться к двери.

Оруженосец мечтал поскорее унести ноги из этого дьявольского дома. А карлик хотел объяснить посетителю, что нужно отправить шевалье де Капестана в Медон на помощь Жизели Ангулемской. И втолковать все это Коголену надо было, не произнося ни единого слова!

Бельфегор молча наблюдал за разыгрывавшейся перед ним сценой.

— Посмотрим, что вы хотите получить за пять пистолей! — воскликнул Лоренцо.

— Это не для меня, — пролепетал Коголен, — это для…

— Молчите! — прошипел карлик. Попятившись назад, испуганный Коголен про бормотал:

— Мне ничего не надо. Позвольте мне уйти отсюда!

— Нет! — строго взглянул на него Лоренцо. — Вы заплатили мне, и теперь я должен дать вам товар. Так что никуда вы не уйдете.

Подумав немного, оруженосец счел такой ответ вполне разумным. И поколебавшись, Коголен пустился в объяснения:

— Ну вот, мой хозяин, значит, промотал все свои деньги. Однако мой господин, а зовут его…

— Молчите! — простонал Лоренцо. Коголен прижался к стене и пригнулся.

— И давно вы его видели в последний раз? — почти нежно спросил продавец зелий.

— Два часа назад, — ответил Коголен.

— А когда вы встретитесь с ним снова? — поинтересовался Лоренцо. — Это очень важно, — пояснил он.

— Очень скоро, — заверил карлика оруженосец. — Как только дойду до нашего постоялого двора, который называется…

— Молчите! — заорал на него Лоренцо. Коголен рухнул на колени и в отчаянии взвыл:

— Какая же дурацкая мысль пришла мне в голову — притащиться в это прибежище дьявола! О бедный Коголен!