Еще когда Генрих был в горах, до Ричарда дошла весть о том, что столкновение, которое он так давно предвидел, вот-вот произойдет. В середине августа он находился в Ноттингемшире и, по словам хорошо осведомленного хрониста, узнав об этом, «возрадовался», так как прибытие Генриха сулило «долгожданный день… когда он с легкостью одержал бы победу над столь презренным интриганом». Тюдорам не приходилось надеяться на то, что у них получится переманить на свою сторону таких серьезных союзников, как семья Стэнли. Но Ричард, чтобы гарантировать их верность, прибегнул к предосторожности: пока барон Стэнли находился вдали от короля в Ланкашире, он согласился оставить своего сына и наследника Джорджа, барона Стрейнджа, под присмотром Ричарда. Король не доверял Стэнли. В качестве меры предосторожности он также провозгласил сэра Уильяма и его сторонника сэра Джона Сэвиджа изменниками только для того, чтобы запугать тех, кто подумывал присоединиться к восставшим. Но в целом Ричард чувствовал свою власть над знатью и понимал, что лорды хорошо подумают, прежде чем осмелятся выступить против своего короля.

И все же, когда Тюдоры спустились с гор в Англию, они обнаружили, что связь с семьей Стэнли им на руку. Когда в среду, 17 августа, они только прибыли в Шрусбери, заместитель шерифа Томас Миттон опустил перед ними решетку ворот и поклялся, что попасть на улицы города они смогут, только наступив на его живот (то есть только через его труп). После недолгой заминки от Стэнли до Миттона дошло сообщение, что нужно обращаться с Генрихом вежливо и оказывать ему поддержку. Армия прошла через город, и, чтобы соблюсти клятву и сохранить честь, Миттон лег на землю и позволил Генриху наступить ему на живот.

Мало-помалу Генрих набирал силу. Хотя представителей высшей аристократии в его рядах было немного — из верхушки знати к нему примкнул лишь Джон де Вер, граф Оксфорд, — армия медленно начала пополняться за счет дворян, которые были связаны с семьей Стэнли или хранили верность памяти Эдуарда IV, Бекингема и даже герцога Кларенса. Войско самих Стэнли достигало трех тысяч человек, хотя барон Стэнли отказался официально объединить его с теми пятью тысячами, которые вели за собой Тюдоры. В пятницу 19 августа они были в Стаффорде. На следующий день дошли до Личфилда. Днем позже армия Генриха разбила лагерь у Атерстоуна, недалеко от границы Уорикшира и Лестершира.

К этому моменту Ричард III добрался из Ноттингема до Лестера и умудрился собрать «самую большую, которая когда-либо собиралась от имени одного человека» армию в Англии. Утром в воскресенье 21 августа король с короной на голове выехал во главе армии из Лестера. Его сопровождали герцог Норфолк и граф Нортумберленд. «С величайшей пышностью» и с «могущественными лордами, рыцарями и сквайрами, а также с бесчисленным множеством простых людей» Ричард двинулся на запад, туда, где, по донесениям разведчиков, ждал его Генрих Тюдор[469]. Когда стемнело, готовые встретить свою участь армии короля и претендента на трон разделяло чуть больше мили.