Пишут… разное, и, как правило — нелестное. Утечка информации не то от Керенского, не то от самого Извольского, случилась четыре дня назад.

Полыхнуло так, что ей Богу, в политическом эквиваленте это показалось мне чуть ли не Хиросимой. Не знаю… но мне это сравнение кажется вполне корректным, притом без всякой натяжки.

Прозвучало… громко. А последствия и их поражающий эффект, боюсь, будут ничуть не меньше, чем от радиации в Хиросиме и Нагасаки. Даже, пожалуй, больше…

Писать, кажется, бросились решительно все! Наверное, сложно будет найти в России человека, хоть как-то причастного к общественной деятельности, политике и управлению государством, и не высказавшего бы в эти дни свою позицию.

Статьи в газеты… Да чёрт подери! Я из первых рук знаю, что в редакциях происходит чёрт те что, и они просто не знают, кого из написавших публиковать!

Не могу себе даже представить муки выбора редактора, у которого номер уже свёрстан, притом первоклассным материалом, и выкинуть ничего нельзя! А почтальон приносит очередной мешок писем, и газетчики, разбирающие их, копаются в них с восторженными воплями.

«— От Великого Князя Михаила!» — вопит один из кладоискателей, потрясая конвертом и выдавая подобие дикарского танца.

«— Савинков!» — восторженно орёт коллега, сидящий напротив, держа над головой письмо от террориста номер один.

Звучат имена прославленных генералов и террористов, членов Государственной Думы и революционеров, бывших министров и писателей, поэтов…

… и я, чёрт подери, нисколько не преувеличиваю!

Даже какая-нибудь мелкая провинциальная газетёнка, для которой интервью с вице-губернатором — большая удача, бывающая не каждый год, ныне, заходясь от восторга, перебирает такими именами, что дух захватывает!

Революция и Гражданская, чёрт бы её побрал, пусть даже нынешняя, вялотекущая, разбросала по городам и весям всю ту столичную пену, ранее не видевшую жизнь за пределами Петербурга и Москвы. И все, решительно все спешат высказаться!

Кто помоложе и побоевитей, добирают своё митингами, собраниями, выступлениями во всевозможных кружках и сообществах. В России, во Франции…

… везде, где есть выходцы и Российской Империи! А они, то бишь мы, кажется, есть теперь решительно везде!

За…

Против…

Общество раскололось на части, и эти части — на фракции, партии, движения, группы и группки.

Есть те, кто видит в Российской Империи пресловутую «Тюрьму народов», а вот дальше…

… начинаются различия!