Деревенский мужичок, неграмотный и забитый, срывающий шапку при виде любой кокарды, ни черта не знает про эту Бухару, и на кой, собственно, она нужна Государству Российскому и тем более ему лично…

… но проникается, тем не менее, Величием! Он уже не просто Афонька из села, где каждую весну везут в ближайший овраг умерших от голода младенцев, где четверть села больна если не туберкулёзом, то бытовым сифилисом, а остальные, едва ли не поголовно — чесоткой, педикулёзом и рахитом.

Не-ет…

… он представитель народа-победителя! Он — русский! Какой восторг!

Плевать, что мясо по праздникам, что порют за недоимки, что до зрелого возраста доживает меньше половины младенцев. Он, Афонька, просто не знает, что может быть иначе…

… что иначе — должно быть!

В общем… пережил бы нелюбовь имперцев, право-слово! Переживу.

По необходимости — за границей какое-то время пожить можно, пока страсти не утихнут. Хм… всё равно сейчас во Франции учусь, и с тем же успехом могу перебраться на учёбу, скажем, в Британию или США. Даже, полагаю, полезно вышло бы. Связи!

В Московском Университете, несмотря на кратковременность моего там пребывания, я обзавёлся интересными знакомствами, и пусть неоднозначной, но — репутацией!

В Сорбонне, да и во Франции в целом — аналогично, хотя пока и недостаточно.

Если я отучусь в Сорбонее ещё пару-тройку семестров, затем переведусь в Оксфорд и закончу его, а после отучусь в магистратуре, к примеру, в Гарварде…

… дух захватывает от перспектив! Это и связи, и политический капитал…

— Это надо обдумать, — постановил я задумчиво. Нелюбовь части граждан… ерунда!

Да и что они могут поставить мне в вину, по большому-то счёту? Сепаратизм? Разбазаривание территорий?

Хм… так я предложил разве что оформить де-юре то, что де-факто уже происходит!

«Развестись» с Польшей, Финляндией и прочими странами, цивилизованным образом поделив совместно нажитое имущество. «По соглашению сторон», так сказать.

Не всем, быть может, нравится эта идея, но разве что самые оголтелые сторонники «Единой и Неделимой» не признают, что это решение снимает массу проблем. Не только и даже не столько — долги. Они, по моему мнению, всё ж таки вторичны. Скорее, это решение сродни хирургической операции по удалению созревших фурункулов!

Все эти латышские стрелки[101], чехословацкий корпус, бакинские комиссары, Микоян и Шаумян, Орджоникидзе, Камо, Кингисеппы и прочие интернациональные пассионарии, разъедутся строить свои, национальные государства.

Пусть не все! Пусть! Но какая-то часть уедет, какая-то — начнёт смотреть в сторону родных мест, лоббировать интересы земляков, и, так или иначе, давление на Россию станет существенно меньшим.