Косу тоже взяли. Теперь бегом до места, мешки с рухлядью несём попеременно. Сначала разбираемся с тряпьём. Накашиваем и раскладываем траву для просушки. Затем разминка, интенсивная и потовыжимающая. Трава за это время чуть подсыхает.

— Всё равно сырая, — скептически кривится Виталик. Все остальные соглашаются. Сырая начнёт плесневеть, гнить, это нам ни к чему.

Чешу репу. Затягивается задумка с самопальными грушами для битья. Решаем добежать до речки искупаться и провести там время до вечера, а там видно будет.

Тут не глубоко, но вода чистая и поплавать можно. Легкодоступное в российских сёлах удовольствие в жаркий летний день. Вот и валяюсь на травке, обсыхая под солнцем, первым в списке лучших друзей. Воздух, наполненный запахами летних трав, и вода также в наличии.

Постепенно вокруг собираются все, а когда начинаю вещать, вылезает последний, уже продрогший фанат купания.

— Самая главная ваша ошибка не в том, что вы драки проигрываете, — делаю паузу, как раз, когда на берег вылезает последний. Пауза нужна не только для ожидания мокрого Пашки, на которого уже начинают шикать, — «быстрее, тормоз», — но для нагнетания. Слова, сказанные мимоходом, в сознании не застревают. Многозначительная пауза отрывает изрядную лунку, из которое сказанное никуда не денется и в своё время даст щедрые всходы.

— Главная ошибка в том, что вы их боитесь. И даже не бояться драк вы должны, — опять пауза перед кульминацией, это стержневая мысль. Для неё не грех выкопать ямку в ямке.

— Вы должны ликовать при возможности подраться. И когда вы достигнете такого состояния духа, вас будут бояться все!

Хорошо. Все задумываются, надеюсь, примеряют на себя. Как незнакомую, но такую привлекательную одежду. Встаю, хватит вещать, можно и душу выплеснуть. Уверен, ребята к этому готовы.

— О, небеса! — Воздеваю руки вверх и смотрю туда же. — Невероятно счастливые дни ждут нас! У нас великое множество врагов! И целое лето впереди, чтобы втоптать их в землю! Мы начнём великую войну, после которой Выселки станут править всем селом! Вечно!!!

Пацаны поддерживают мои зажигательные речи громовым «Ура!».

Славно проводим время. Вечером собираем сено, припрятываем, не то подберут. Рядом с селом такое добро не залежится.

И только ещё через день приступаем к набивке высохшим сеном самодельных груш. Пару сделали в виде безголовых чучел. Куртка и штаны, из тех, что покрепче, плотно набитые сеном и тряпьём. Можно работать. С завтрашнего дня. Не все попадут в завтрашний день ((с) Кличко), но мы сможем.

Сцена 3. Упорство и труд силу придадут