Когда он сел, его сердце колотилось от восторга. Трибун мог набирать армию, и Цезарь уже знал триста человек, которые первыми присоединятся к его войску. Катон встретился с ним взглядом и кивнул ему. Юлий ответил открытой улыбкой. Не стоит предупреждать человека, что он стал твоим новым врагом.
Когда бронзовые двери распахнулись, чтобы впустить дневной свет в здание сената, Юлий подошел к отцу Светония, который как раз собирался уйти.
– Мне надо переговорить с тобой, сенатор, – сказал он, вмешиваясь в разговор.
Сенатор Пранд повернулся к нему, удивленно приподняв брови.
– Не могу себе представить, чтобы у нас были темы для беседы, Цезарь, – ответил он.
Юлий проигнорировал холодный тон и продолжил, словно разговор шел между друзьями:
– Одна из таких тем – земля, которую мой управляющий продал тебе, чтобы заплатить выкуп. Тебе известно, что я привез много золота. Хотелось бы встретиться с тобой и обсудить цену, за которую я могу ее вернуть своей семье.
Сенатор покачал головой:
– Боюсь, что разочарую тебя. Я давно хотел расширить свои владения и построить дом для моего сына, как только вырубят лес. Прости, но не могу тебе помочь.
Он сухо улыбнулся Юлию и отвернулся к своим собеседникам. Цезарь протянул руку и дотронулся до его плеча. Рука тут же была сброшена резким движением.
Лицо сенатора Пранда вспыхнуло от гнева.
– Осторожнее, молодой человек. Мы в здании сената, а не в какой-нибудь глухой деревне. Если еще раз до меня дотронешься, я прикажу арестовать тебя. Из того, что мой сын рассказывал, я сделал вывод: ты не тот человек, с которым я могу вести дела.
– Возможно, он также упоминал о том, что я не из тех людей, которых можно иметь среди врагов, – произнес Юлий, понизив голос настолько, чтобы его невозможно было расслышать со стороны.
Сенатор на мгновение застыл, потом отвернулся и вместе с Катоном вышел из здания.
Цезарь задумчиво смотрел ему вслед. Он ожидал чего-то подобного от этого человека, хотя новость о строительстве нового дома была для него ударом. Размещенный на вершине холма, с видом на его поместье – такая позиция превосходства не могла не вызывать удовлетворения у Светония.
Юлий оглянулся, пытаясь найти Красса и Цинну, чтобы поговорить с ними, прежде чем они уйдут. В какой-то степени отец Светония был прав: использование силы в Риме быстро приведет к несчастью. Надо быть похитрее.
– Сначала займемся Антонидом, – еле слышно пробормотал он.