И как бы на фоне этого гула продолжали раздаваться непонятные возгласы:

— Вир…

— Трон…

— Лёч!..

— Трон… Вир!!..

«Нет, это бред, это бред», — решил я и вдруг, ощутив страстное желание услышать свой голос, запел…

Я запел тривиальный мотив шансонетки, но мне показалось, что он удивительно подходил к непрерывному гулу, стоявшему у меня в ушах…

Белокурый обернулся ко мне и повелительно произнёс: — Тссс!..

Я замолк.

Повертев рычаги и рукоятки, он снова приблизился ко мне, на этот раз с рюмкой…

— Где я? — спросил я, взяв у него рюмку, которую он мне протягивал.

Он не ответил на вопрос, а опять проговорил только:

— Пейте!..

Больше я ничего не помню. Я вдруг словно погрузился в тёмный мешок, и всё исчезло. Я перестал сознавать и чувствовать…

XIII

XIII

Неужели всё это оказалось сном?.. Всё с самого начала, с самого Порт-Саида?

И Красное море, и пароход-керосинщик, и Суэцкий канал, и маяк «Дедалус», и дикие, и нападение их, и всё, что было потом — неужели мне грезилось всё это?

— Да неужели? — повторил я себе, очнувшись и вскочив на ноги.