Он с трудом выбрался на берег, рухнув в песок лицом вниз, обессиленный и замёрзший. Затем он повернулся на спину и громко рассмеялся. Постепенно его смех ушёл, оставив только звериный оскал на лице наёмника.

***

— Нам пора остановится, обратился Тан к Рагуилу.

— Как скажешь.

— Ты наверняка не чувствуешь усталости. Но нам нужен отдых, тем более нужен он Акоре, который уже и наступить то на ногу не может.

После они устроились друг рядом с другом. Акора и Тан принялись жевать вяленое мясо, а Рагуил наблюдал за ними, сидя совсем неподвижно.

— Раг, — обратился к нему Тан. — Я ведь могу тебя так называть.

— Конечно.

— А как питаешься ты?

— Мне это не нужно.

— Что совсем?

— Совсем.

— Тяжело наверно жить и находить к ней стимул, лишившись прелестей этой самой жизни.

— Всё это теперь для меня не более чем философские изречения.

— И слова того наёмника тоже?

— Его настоящее имя Сагурон Марн. И он является частью моей истории жизни. Около двухсот лет назад, когда я правил страной, которая находится на севере за непроходимыми лесами и суровым климатом. Одним из моих генералов был Марн. Это был поистине отважный мужчина. Я не знал ни до него, ни после что бы человек был так предан своему делу.

— Двести лет, — удивился Акора. — Как он может жить столько?

— Мы дойдём и до этого. На нас часто нападали мелкие племена обособившихся от нас народов. Но однажды эти небольшие горстки людей объединились, сплотившись в грозную силу. Сагурон победил, но только за эту победу ему пришлось заплатить страшную цену. Он получил смертельное ранение. И я вознамерился спасти его. Однако всё необходимое для этого было у меня в лаборатории. И он просто умер бы по пути к ней. Поэтому пришлось импровизировать и работать с тем, что есть. А в наличие у меня находились только запасные части для меня самого. Мне пришлось заменить ему левую руку и часть лица. И была ещё одна сыворотка. Её испытания были проведены только на грызунах но, она показывала многообещающий, если не сказать чудодейственный результат.