Голос Фила Андерсена не обещал ничего доброго. Эли выключила телефон.

40.

Доктор Хартли нервно расхаживал по кабинету.

– Итак, Эли, не смотря на истошный вой Фила Андерсена, что вы провалили блестящую операцию, вы сами утверждаете, что вам удалось выполнить задание, – доктор остановился у окна и закурил. – Кто из вас двоих прав, Эли?

– Разумеется, я, милейший доктор, – пожала плечами Эли. – Потому что я открыла тайну генерала Кошкина. Он готовит своих «красоток» из непрофессионалок и при этом блестяще использует их внутреннюю, почти всегда очень наивную мотивацию: это любовь и прочие, как говорят русские, «тили-тили, трали-вали». Но этот метод действует. Например, образно говоря, как неподготовленному человеку легче пройти по канату через пропасть? Ответ прост: с завязанными глазами. В противном случае у человека закружится голова и он упадет. Примерно так же наивно действуют и «красотки» Кошкина.

– Минуту, Эли, – перебил доктор Хартли. – Вы говорите о наивности. Но позавчера одна из «красоток» Кошкина попала в засаду в отеле «Рижестан» в Карачи. «Янусу» иногда везет даже с «красотками» генерала Кошкина. Русская девушка отстреливалась до последнего патрона, а потом выпрыгнула с двадцать пятого этажа.

– Это ничего не доказывает, уважаемый доктор.

– Вы разве ничего не поняли, Эли? – доктор Хартли подавился дымом и закашлялся. – Если бы девушка просто захотела уйти из жизни, чтобы не попасть в руки изуверам «Януса», она могла застрелиться. Но она предпочла другую смерть. Ее изуродованный труп после падения труп никто не опознал. Никто так и не узнал, кто она и откуда пришла.

Какое-то время в кабинете доктора Хартли стояла полная тишина.

– У меня есть еще доказательства, что я права, – спокойно сказала Эли. – Например, даже генерал Кошкин понял, что я разгадала его метод подготовки агентов. Именно поэтому он и отдал мне мое собственное досье. Этим он постарался обесценить мою догадку. Ведь агент, которого отпускают просто так – мало чего стоит…

– Дорогая Эли, – голос доктора Хартли вдруг стал торжественным. – Вы плохо знаете генерала Кошкина. Если бы он хоть на секунду поверил в то, что вы догадались о том, как готовят «красоток», он бы вас расстрелял, причем лично.

Эли кивнула:

– Возможно. Но все-таки отдать папку – надежнее. Ведь вы, уважаемый доктор Хартли, не верите мне вопреки здравому смыслу.

Доктор Хартли досадливо отмахнулся от последних слов молодой женщины. Он курил, смотрел в окно и думал.

«Опять этот чертов вопрос типа «верю-не верю», – с раздражением думал он. – Он возникает каждый раз, когда я сталкиваюсь с «красотками» Кошкина. Кстати, почему я должен верить в то, что Эли не стала одной из них, а вся ее болтовня о какой-то якобы раскрытой тайне, только блеф для прикрытия?! Пусть она уходит… Когда-то она была прекрасным агентом, но теперь… Господи, но теперь меня снова запутали!»