– Начинаем – сказал Пауэлл, когда Гейтс сел за стол
– Больше никого не будет?
– Нет. С министром Чейни свяжемся по телефону
Негропонте смотрел куда-то в сторону. По слухам, при его каденции в Гондурасе – на территории посольства пытали профсоюзных лидеров.
– Итак, что ЦРУ думает о предложении мистера Хусейна
– ЦРУ считает – сказал Гейтс – что ситуация в Ираке отличается опасной нестабильностью. Мы не знаем истинных мотивов, которые толкнули Саддама обратиться к нам – но они могут быть совсем не такие, какие нам хотелось бы видеть. Посылка наших парней в Ирак чревата столкновением интересов, как с русскими, так и с иранцами.
– Роберт, мы в состоянии холодной войны с иранцами с семьдесят девятого года.
– И стоит ли переводить ее в горячую? У нас в Ираке нет ничего и никого, кто мог бы нам шепнуть на ухо, когда дело пойдет не так как мы того хотели бы. Мы идем вслепую, рискуя напороться на мель.
– Это наше обычное дело – сказал Негропонте – у нас там и в самом деле никого нет?
– Нет. Ни единого человека.
Негропонте посмотрел на Гейтса – и Гейтс понял, что помощник советника знает намного больше, чем следовало бы.
– А у англичан?
– Тоже нет.
– Израильтяне… господи, это была британская колония.
– Израильтяне ничего не скажут, даже если мы будем их пытать. Тем более после дела Полларда[137]. Британцы ничего не знают. Все, кто мог работать на них – бежали из страны или были убиты.
– Скорее всего, лгут
Гейтс пожал плечами
– Роберт, я так и не понял, ЦРУ за или против сотрудничества с Хусейном.