Я хотел было выйти из нашего укрытия, но Рультабийль энергично остановил меня, и правильно сделал: из-под потерны вышел Бернье и направился по двору к Квадратной башне. Когда он был метрах в двух от двери, Рультабийль медленно вышел из угла и, встав между испуганным Бернье и дверью, схватил его за руку.

– Идите за мной, – приказал он.

Привратник был ошеломлен. Я тоже вышел из укрытия. Бернье стоял в голубом лунном свете и тревожно смотрел на нас; губы его прошептали:

– Какое несчастье!

Глава 12 Необъяснимое убийство

Глава 12

Необъяснимое убийство

– Несчастье случится, если вы не расскажете нам правду, – тихо отозвался Рультабийль. – Но если вы не станете ничего скрывать, несчастья не произойдет. Пошли.

С этими словами Рультабийль повел привратника за руку к Новому замку, я последовал за ними. Начиная с этого момента я снова стал узнавать в молодом человеке прежнего Рультабийля. Теперь, когда он столь счастливо разрешил касавшуюся лично его загадку, когда он вернул себе аромат духов дамы в черном, теперь он напряг всю силу своего ума, чтобы проникнуть в тайну. Теперь, до тех пор пока все не будет закончено, до самой последней минуты – самой драматичной, которую я пережил вместе с Рультабийлем, – минуты, когда его устами говорили и были объяснены жизнь и смерть, он будет следовать своим путем без тени сомнения и не произнесет ни единого слова, которое не приближало бы нас к развязке страшной ситуации, сложившейся после нападения на Квадратную башню в ночь с 11 на 12 апреля.

Бернье не сопротивлялся. Случалось, Рультабийлю пытались сопротивляться, но он быстро преодолевал упорство таких людей, и они просили пощады.

Бернье шел перед нами с опущенной головой, словно обвиняемый, которому предстоит держать ответ перед судьями. Придя в комнату Рультабийля, мы предложили привратнику сесть; я зажег лампу.

Набивая трубку, молодой журналист молча смотрел на Бернье, – по-видимому, он хотел узнать по лицу старика, насколько тот откровенен. Затем он нахмурился, глаза его засверкали, и, выпустив несколько клубов дыма, он спросил:

– Итак, Бернье, как произошло убийство?

Бернье покачал большой, как у всех пикардийцев, головой:

– Я поклялся ничего не говорить. Я ничего не знаю, сударь. Честное слово, ничего.

– Тогда расскажите то, чего не знаете, – посоветовал Рультабийль. – Если вы, Бернье, не расскажете мне то, чего не знаете, я ни за что не отвечаю.

– За что вы, сударь, не отвечаете?

– За вашу безопасность, Бернье…

– За мою безопасность? Но я же ничего не сделал.

– Не отвечаю за нашу общую безопасность, за нашу жизнь! – закончил Рультабийль и, поднявшись, прошелся по комнате; за это время он явно успел произвести в уме несколько алгебраических операций. – Итак, он был в Квадратной башне?