— Мы, достославный брат, должны твердо идти по намеченному пути, — с воодушевлением продолжал Чан. — Ноты Москвы — как гром вчерашнего дождя, даже капель нет. — Он взял в руки лист перевода: — «Неизменно следуя мирной политике, Советское правительство предлагает Китаю немедленно созвать конференцию для окончательного решения всех вопросов, связанных с КВЖД. Но предварительно китайскими властями должны быть выполнены следующие требования. Безобразия на КВЖД должны быть немедленно прекращены. Все арестованные немедленно освобождаются. Договорные отношения должны быть восстановлены. Мукденскому и Нанкинскому правительствам дан трехдневный срок для принятия требований…» — Он презрительно скривил губы. — Сколько трехдневок прошло, как прислана эта нота? Сколько уже передано нам нот из Москвы? Вспомни, мой любезный брат, чем завершился демарш красных после того, как ты прибрал к рукам телефонную станцию? А после того, как ты захватил их генконсульство в Харбине? Помахали кулаками — и замолкли. Все это — пустые угрозы. Писк мышей из норы, перед которой сидит кошка.

Чжан Сюэлян наклонил голову, выражая согласие.

— Конечно, наши друзья в предстоящих испытаниях ищут свою выгоду, — продолжал рассуждать Чан. — Друзья из Лондона, да и друзья из Токио настойчиво предлагали захватить КВЖД. Теперь они хотят нашими штыками прощупать боеспособность Красной Армии, мобилизационные возможности русских. Они желают выяснить, насколько прочна власть коммунистов в Советской России.

— Но выполнить их пожелания можно, лишь развязав войну, — настороженно посмотрел на Чана «младший брат». — Захватом дороги и вылазками за кордон этого не выяснишь.

— Да, война. Я даже предполагаю — большая война! Вслед за нами в нее втянутся и Япония, и, может быть, даже Англия. Нам это выгодно: с помощью наших иностранных друзей мы достигнем своей цели. — Чан Кайши показал на «Карту позора»: — Наша великая миссия — окрасить эти черные пятна в желтый цвет плодородия, вернуть Поднебесной ее исконные владения за Уссури и за Амуром. Мы будем действовать вместе, как две руки одного тела, — да ниспошлет нам Небо свое благословение!..

Глава третья

Глава третья

Они встретились тогда в Шанхае, в доме, куда привез Антона Иван Чинаров. Но прошло еще мучительных три месяца — он уже обосновался в Харбине, — как действительно неожиданно, в беженской харчевне на Гиринской улице, в группке женщин с наколками сестер милосердия «Общины Красного Креста» он снова увидел ее. Полыхнуло: бог мой, как красива!..