Оказавшись в пещере, Эйла сняла с шеи корзину и раздула огонь в очаге, чтобы приготовить еду. Джондалар поставил свою корзину рядом с корзиной Эйлы и уселся на циновку возле очага, наблюдая за действиями Эйлы.

После того как он освежевал добытых ею оленей и разделал туши, он показал ей изготовленные им в тот день орудия. Они понравились ей, и она иногда пускала их в ход, но, выполняя некоторые из работ, предпочитала пользоваться более привычным для нее ножом собственного изготовления. Он заметил, что она орудует грубым ножом, сделанным из кремневой пластины, не менее искусно, чем другие работают ножами меньших размеров, снабженными ручкой. Будучи мастером по изготовлению орудий, он постоянно проводил сравнения, думая о недостатках и достоинствах каждого из них. Любым острым ножом можно что-нибудь разрезать, но ее способ изготовления связан с большими затратами сырья. Даже притащить кремневую глыбу нужных размеров не так-то просто.

Ощущая на себе пристальный взгляд Джондалара, Эйла занервничала. Через некоторое время она встала и отправилась за ромашкой для чая, чтобы немного успокоиться, надеясь, что внимание Джондалара переключится на что-нибудь другое. Он понял, что пора как-то разрешить возникшую проблему, и, собравшись с духом, решил откровенно поговорить с ней на эту тему:

– Ты права, Эйла. Хоть я и попросил у тебя прощения, от этого ничего не изменилось, но я просто не знаю, что еще сказать. Я не понимаю, чем я оскорбил тебя. Пожалуйста, объясни, почему тебе плохо.

«Наверное, он опять говорит неправду, – подумала Эйла. – Как это может быть, чтобы он ничего не понял? Но вид у него явно обеспокоенный». Она низко опустила голову, жалея о том, что он задал ей этот вопрос. Мало того что ей приходится страдать от унижения, а теперь она вынуждена еще и говорить с ним об этом. Впрочем, деваться некуда.

– Мне плохо, потому что я… непривлекательна, – проговорила она, пристально глядя на сложенные на коленях руки, в которых она держала ростки ромашки.

– То есть как это ты «непривлекательна»? Я не понимаю.

Ну почему он задает все эти вопросы? Или ему хочется ее помучить? Эйла исподтишка взглянула на Джондалара. Он сидел, подавшись вперед, и в его искреннем взгляде она увидела лишь признаки неподдельной тревоги.

– Ни один из мужчин клана не стал бы сам утолять желание, если бы рядом с ним находилась привлекательная женщина. – Она покраснела от стыда за собственную несостоятельность, продолжая упорно смотреть вниз. – Тебя переполняло желание, но ты убежал от меня. Ты счел меня непривлекательной, и, конечно же, мне стало плохо.