Закончив работу, он приподнял фигурку и внимательно осмотрел ее со всех сторон. «Пожалуй, настоящий резчик справился бы лучше, но и у меня получилось неплохо», – подумал он. Фигурка чем-то напоминала Эйлу, но не столько в силу фактического сходства, сколько по ощущению, – такое же чувство возникало у Джондалара при взгляде на нее. Вернувшись в пещеру, он задумался над тем, куда бы ее лучше положить. Донии должна находиться неподалеку, но Джондалару не хотелось, чтобы Эйла сразу увидела ее. Заметив у стены возле ее постели свернутые куски кожи, он приподнял краешек и засунул фигурку внутрь.

Он снова вышел на уступ и окинул взглядом долину. Ну что же она так долго? Взгляд его упал на лежавшие друг рядом с другом туши зубров. С их разделкой можно повременить. У входа в пещеру стояли прислоненные к стене копья и две копьеметалки. Джондалар взял их, чтобы отнести в пещеру, и тут услышал, как зашуршали посыпавшиеся откуда-то камешки. Он обернулся.

Эйла обернула вокруг тела чистую шкуру, приладила завязку, повесила на шею амулет и убрала с лица расчесанные, но еще не успевшие просохнуть волосы. Подобрав с земли испачканную шкуру, она начала подниматься по тропинке, пребывая в радостном волнении.

Она понимала, что подразумевает Джондалар под совершением ритуала Первой Радости, и его желание сделать это для нее, поделиться с ней растрогало ее. Она решила, что обряд не доставит ей неприятных ощущений, ведь после нескольких совокуплений даже Бруд перестал причинять ей боль. Она знала, что мужчины подают условный знак тем женщинам, которые им нравятся. Неужели она понравилась Джондалару?

Добравшись почти до самого верха тропинки, Эйла внезапно отвлеклась от своих размышлений, заметив мелькнувшее впереди рыжеватое пятно.

– Не подходи! – крикнул Джондалар. – Стой, Эйла! Это пещерный лев!

Он стоял на выходе из пещеры, готовясь метнуть копье в огромного хищника, который припал к земле и глухо рычал. Эйла поняла, что лев вот-вот прыгнет.

– Нет, Джондалар! – закричала она и кинулась к ним. – Нет!

– Эйла, не надо! О Великая Мать, останови ее! – воскликнул Джондалар, когда Эйла заслонила его собой и встала на пути у льва.

Женщина резко и властно взмахнула рукой и, обращаясь ко льву на гортанном языке людей клана, приказала: «Стой!»

Огромный пещерный лев с рыжей гривой дернулся в воздухе. Полет его прервался, и он приземлился у ног женщины, а затем принялся тереться головой о ее бедро. Джондалар остолбенел.

– Вэбхья, Вэбхья, ты вернулся, – сказала Эйла на языке жестов и, нимало не колеблясь, не выказав ни тени страха, обвила руками шею громадного льва.