Туман постепенно рассеивался, а люди подходили все ближе и ближе, и наконец Джондалару удалось их разглядеть. Плоскоголовые! На мгновение они замерли, глядя на него, а затем кинулись прочь. Он закричал им: «Подождите!» – и тогда одна из женщин обернулась. Он узнал лицо Эйлы и кинулся бежать к ней, но клубы тумана сомкнулись вокруг нее, и все перед его глазами подернулось дымкой.

Он брел на ощупь сквозь красноватый туман и вдруг услышал отдаленный грохот, похожий на рев водопада. Этот шум все нарастал, становился все более и более оглушительным. Джондалар с изумлением увидел, как из огромного чрева Матери Земли, вздымавшегося в небо подобно исполинской горе, появляются на свет все новые и новые люди. Взглянув в лицо Матери Земли, он узнал в ней Эйлу.

Он начал пробираться среди множества людей, стремясь подойти к ней поближе, и внезапно перед ним разверзлась гигантская щель, вход в ее лоно. Горя желанием, он погрузился в его бархатистые глубины, соприкасаясь с живительным теплом. Трепеща от радости, он овладел ею и вдруг увидел, что ее лицо залито слезами, ее тело содрогалось от рыданий. Ему захотелось утешить ее, осушить ее слезы, но он не смог вымолвить ни слова. Мощный порыв ветра унес его прочь.

Он оказался посреди огромного множества людей, появлявшихся на свет из ее чрева, каждый из которых был одет в украшенную вышивкой рубашку. Он попытался вернуться обратно, но его захлестнуло потоком околоплодных вод и понесло прочь, как несло по реке Великой Матери бревно с прицепленной к нему окровавленной рубашкой.

Он оглянулся, резко изогнув шею, и увидел, что у входа в глубокую пещеру стоит Эйла. До него донеслись отзвуки ее рыданий. Затем послышался оглушительный грохот, и обломки скал, обрушившись с высоты, погребли под собой все. Джондалар остался в полном одиночестве и горько заплакал.

Он открыл глаза. Вокруг царила тьма. Разожженный Эйлой огонь потух. Оказавшись среди непроглядного мрака, он не смог понять, проснулся ли он или все еще спит. Нигде ни проблеска, ни знакомых очертаний. Ему вдруг показалось, что он повис посреди пустоты. В памяти его сохранились яркие образы, явившиеся ему во сне. Он начал перебирать их, пытаясь воссоздать единое целое и как-то согласовать его с привычным течением мысли.

К тому времени, когда тьма начала рассеиваться и Джондалар смог, хоть и смутно, различить очертания стен в пещере, ему стало отчасти понятно значение увиденных им во сне образов. Он редко помнил, что ему снилось ночью, но этот сон, столь трепетный и яркий, явно был ниспослан ему Великой Матерью. О чем же Она пыталась сообщить ему? Джондалар пожалел, что рядом с ним нет зеландонии, который помог бы ему истолковать этот сон.