Неделей позже я приобрел у Бенно траурные брошки. А через десять дней не стало Манни. Наташино иррациональное опасение, что, приобретая знаки скорби, мы, возможно, приближаем беду, оправдалось.
* * *
А еще через несколько месяцев, читая литературу о блошиных рынках, я нашел в книге Бинни Киршенбаум следующее размышление:
Обломки и кусочки обычной жизни – вот что мы находим на блошиных рынках. Мы узнаем о деталях, которые редко упоминаются в книгах по истории. ‹…› Мы знаем, что королева Виктория всю жизнь скорбела о принце Альберте. Но лишь когда видишь на блошином рынке все эти черные гагатовые бусы и траурные брошки, все эти кольца, браслеты и цепочки для часов, украшенные сплетенными волосами любимого покойника, ясно понимаешь, насколько повсеместной была культура траура, насколько в моде была смерть. Скорбеть было просто модным. Каждый знает, что люди жили раньше без водопровода, канализации и электричества. Но лишь когда натыкаешься на блошином рынке на бесчисленные керосиновые лампы, умывальники и ночные горшки (которые действительно производились в поразительном разнообразии размеров и форм и часто были богато украшены), можешь на самом деле понять, что должны были испытать наши предки[422].
Обломки и кусочки обычной жизни – вот что мы находим на блошиных рынках. Мы узнаем о деталях, которые редко упоминаются в книгах по истории. ‹…›
Мы знаем, что королева Виктория всю жизнь скорбела о принце Альберте. Но лишь когда видишь на блошином рынке все эти черные гагатовые бусы и траурные брошки, все эти кольца, браслеты и цепочки для часов, украшенные сплетенными волосами любимого покойника, ясно понимаешь, насколько повсеместной была культура траура, насколько в моде была смерть. Скорбеть было просто модным.
Каждый знает, что люди жили раньше без водопровода, канализации и электричества. Но лишь когда натыкаешься на блошином рынке на бесчисленные керосиновые лампы, умывальники и ночные горшки (которые действительно производились в поразительном разнообразии размеров и форм и часто были богато украшены), можешь на самом деле понять, что должны были испытать наши предки[422].
Не только в такой тонкой области, как культура скорби, но и в сфере «низкого» быта прошлого случаются досадные проколы, связанные с утратой традиции. Несколько лет назад я приобрел большое, на 4 литра, английское керамическое кашпо фирмы Burgess & Leigh в форме чайной чашки, изысканно расписанное по бокам, внутренней стороне горла и ручке в стиле модерн (см.