«Сегодня, – писал Абрамов, – иногда приходится слышать: о войне надо писать правду такую, которая бы не разоружила нас духовно. Я думаю, есть одна правда. И настоящая правда никогда никого не разоружает. А потом, – разве правда о войне с оговорками – не оскорбление тех, кто погиб?»

Сам о войне Абрамов не писал долго. Почему? Все еще удивлялись: как же так? Писатель-фронтовик, а все о деревне и о деревне, а о войне – ни слова! Наверное, потому, что по тем временам правду писать было нельзя, а врать или писать полуправду, создавать «военный лубок», как некоторые, он не хотел. Его единственная книга «О войне и Победе» была издана только после смерти писателя. В ней нет описаний побед и парадов. А только горькая правда страшной народной трагедии, мучений и бед народа, разгромившего врага ценой невероятных страданий и лишений. Вот, к примеру, короткая зарисовка «В день Победы»: «У нас Ваня Пахомов самый веселый в палате был, хотя обеих ног не было. Всех утешал, всех на жизнь наставлял. А утром, как только объявили победу по радио, выбросился из окна. Почему выбросился-то? Жена была злая? Не думаю. Пока война была, держался, а из войны в мир переступить не мог. Ног-то у него не было».

Или вот другая зарисовка: «Ужасы блокады». «Анна с ужасом вспоминает блокаду: ее почти год не выпускали на улицу. Почему? Потому что она была полненька, розовенькая девочка (мать работала на фабрике пищеконцентратов) и дома боялись, что ее съедят. За годы блокады семья Анны завела три сейфа. А колец, серег, браслетов – этого не сосчитать».

Писатель много и мучительно размышлял о войне, о причинах наших неудач в ее начале, о страшной цене победы и о непростых судьбах ветеранов после ее окончания. «Да что же это такое? Немцы нас не разбили, а бюрократизм, может быть, и разобьет», – с горечью писал Абрамов в 1969 г., но яростно бороться за правду не прекращал. «В литературу должны идти те, кто хочет служить людям», – был уверен писатель.

Правда для него всегда была самым главным. В конце 1960-х гг., когда подлинная правда о блокаде была еще запретной темой, он отказался от предложения Алеся Адамовича написать совместно «Блокадную книгу», и тот обратился тогда к другому известному писателю. Абрамов неустанно повторял, что возрождение России, путь социальных реформ без нравственного, духовного оздоровления нации «не может дать должных результатов». «Две силы должны править миром, – считал писатель, – закон и совесть».

Он трезво оценивал свое поколение: «Какие мы были чистые и возвышенные!.. Но и ограниченные!» За все послевоенные бедствия Абрамов возлагал вину не только на чиновников и бюрократов, но и на рядовых граждан, простых тружеников, которые проявляли героизм в борьбе с фашизмом, но не сумели потом противостоять недальновидным и даже преступным действиям власть имущих, неразумным социально-экономическим реформам, забвению подлинных духовных истин и ценностей.