Уже после того, как мы отобедали и нам подали десерт, инженер задал интересный вопрос.

— Ваше сиятельство, а что будет делать Аргентина в случае начала большой войны в Европе? Я прекрасно понимаю, почему ваш концерн сотрудничает с Россией. При этом вы можете быть полностью уверены в моей лояльности. Но я не хочу, чтобы изобретённые мною самолёты в составе вооружённых сил нашей страны, бомбили Германию.

Хороший вопрос и надо ответить на него честно.

— Ганс, Аргентина должна придерживаться нейтралитета. Это не будет затрагивать поставки продовольствия, оружия и прочих товаров воюющим сторонам. Но мы вмешаемся в конфликт только в случае прямой угрозы нашим территориям, включая колонию, или атакам на аргентинский торговый флот.

— Но ведь нас могут вынудить или спровоцировать. Да и не верю я в заявленный нейтралитет, — ответил Грабе, — Взять тот же случай с Пампой.

Здесь немец меня уел. Дело в том, что я тут организовал новый локальный конфликт. Уж очень плотно англичане впились в Бразилию, особенно после свержения императора и прихода в 1890 году к власти правительства подконтрольного олигархам с латифундистами. На юге же цвёл сепаратизм, вызванный неумелыми действиями политиков из Рио, обложивших штаты, особенно промышленность, дополнительными налогами. В итоге более дешёвые британские товары начали искусственно вытеснять местный, разоряя бразильских производителей.

В общем, дождавшись англо-бурской войны, три южных штата объявили о создании автономии и собственном самоуправлении. Бразильские политики, натравливаемые олигархатом, отказались от переговоров и сразу начали военные действия. Только они не поняли, что армия провозглашённой Федеративной Республики Пампа, была подготовлена гораздо лучше. А ещё её поддержал аргентинский добровольческий корпус. Гы. Большая часть добровольцев являлась солдатами регулярной армии.

К чести северян, дрались они неплохо. В прежнем мире я слышал байку, что в Латинской Америке умеют воевать только кубинцы и бразильцы. Это правда, только теперь к ним присоединилась аргентинцы. Через три месяца после начала боевых действий войска мятежников взяли Сан-Паулу с Сантосом и подошли к Рио. Британские союзники Бразилии только угрожали и слали ноты протеста. Так как они сами увязли в Южной Африке, то не могли ничем помочь. Остальные страны предпочли не вмешиваться в конфликт. Понятно, что перед его началом сепаратисты при моей поддержке заручились поддержкой стран ИС, Испании и Франции. Португалия хранила многозначительное молчание, поэтому вскоре на карте Южной Америки появилось новое государство.