Судя по датировкам монет, Кебек царствовал до 1326 г. Важность его царствования, по замечанию Бартольда, заключается в том, что, в отличие от своих предшественников, он заинтересовался старой цивилизованной страной Трансоксианой, городской жизнью: «Он приказал построить в окрестностях Нахшеба или Насефа (к юго-западу от Самарканда) дворец (по-монгольски карши), которому обязан своим именем современный город Карши[196]. Это ввел в оборот серебряные монеты, названные позднее кебеки, первые, которые можно рассматривать как официальные монеты Чагатайского государства. Прежде не было иных монет, кроме чеканившихся отдельными городами и местными династами» (Бартольд, Кагатай, 834). Однако, несмотря на тяготение к трансоксианскому образу жизни, Кебек не стал мусульманином.
Раздел Чагатайского ханства: Трансоксиана и Моголистан
Раздел Чагатайского ханства: Трансоксиана и Моголистан
Наследниками Кебека стали три его брата: Элжигидай, Дува-Тимур и Тармачирин. Двое первых правили всего несколько месяцев. Царствование Тармачирина, видимо, было более продолжительным (ок. 1326–1333?). В 1327 г. он возобновил традицию крупных грабительских набегов на Индию, дошел до ворот Дели и, по некоторым источникам, удалился, только получив крупный выкуп. По другим источникам, делийский султан Мухаммед ибн Туглук отразил его набег и гнался за ним до Пенджаба. Между прочим, Тамарчирин, несмотря на свое буддистское имя, заимствованное из санскрита (Дхамачри), перешел в ислам и стал султаном Ала ад-Дином. Но если среди жителей Трансоксианы это обращение было встречено радостно, оно вызвало осуждение кочевников с Иссык-Куля и Или, смотревших на него как на нарушение Чингисхановой Ясы. Против Тамачирина началось восстание (ок. 1333–1334), которое привело к возвышению хана Дженкши, внука Дувы, царствовавшего около 1334–1339 гг. в долине Или. Характеризующая это царствование антимусульманская реакция пошла на пользу как несторианам, по-прежнему многочисленным в старых христианских районах Алмалык и Пичпек, так и католическим миссионерам, которые снова в течение нескольких месяцев смогли проповедовать и строить церкви. Один из сыновей хана Дженкши, которому было семь лет, будто бы с согласия отца получил при крещении имя Иоанн. В 1338 г. папа Бенедикт XII еще мог назначить в «Армалек», то есть Алмалык, епископа, которым стал Ришар Бургундский. Но почти тотчас же, около 1339–1340 гг., Ришар принял от илийских мусульман мученическую смерть вместе со своими спутниками по миссии: Франциском Александрийским, Паскалем Испанцем, Лоренцо Анконским, братом Пьером, братом «индийцев», который служил переводчиком, не говоря уже о купце Джилотто. Правда, в следующем году в долину Или прибыл папский легат, Джованни ди Мариньолли. Как мы уже знаем, он направлялся с официальной миссией к великому хану в Пекин через Кафу, Кипчакское ханство и Чагатайское ханство. Будучи проездом в Алмалыке, он смог проповедовать и построить или перестроить церковь, крестить многочисленных верующих. Разумеется, статус посла к великому хану, которого не имели его убитые предшественники, защитил его, но после его отъезда христианство в Алмалыке было обречено на быстрое исчезновение. То, что осталось от древнего илийского очага несторианства, не переживет преследований Тимуридов[197].