Был найден тот умелец-шарлатан-алхимик, который помог консультацией человеку от Шуваловых, изготовлены точно такие же белила. И главный козырь, который придержит прыть Шуваловых, при раздаче карт нашей игры, оказался у меня, так я думал в тот момент.

Шуваловы себя проявляли, как искусные интриганы, которые уже добились части своих задумок. Важно было понять, чем чревата «война компроматов» с этими сановниками. Сколько не думали о том, могут ли братья выложить на стол нечто равнозначное белилам, не придумали, что еще больше предало уверенности в правильности действий.

Но мы были не правы, скорее, менее опытны в существующих реалиях.

*…………*……….*

Дом Петра Ивановича

Шувалова в Петербурге

4 июля 1750 года

В гостиной, которая была отдельно взята под охрану людьми из Тайной Канцелярии, были трое — женщина и двое мужчин полноватый, кажущийся добрым толстячком и лысый, достаточно поджарый, вселяющий страх каждому встречному. Женщина же могла вызвать некоторое отвращение. И в молодости она была далеко не красавица, с неприглядным лицом, повышенной волосатостью, уже не говоря о том, в кого превращалась к старости. Марфа становилась просто карикатурной ведьмой в большом теле. Да, это были главные заговорщики — Марфа, Петр и Александр, которых объединяла общая фамилия — Шуваловы.

Ивана Ивановича не стали звать на совещание. Во-первых, он проявил характер и, в достаточно вызывающей манере, высказал свое отношение к деятельности двоюродных братьев. Этот порыв Ивана оттереться от случившегося, впрочем, мог быть спровоцирован и ярой защитой императрицей, которая, не только намеками, но и напрямую потребовала не трогать своего фаворита и не вмешивать в грязные дела.

Иван Шувалов ранее был в не курсе той истории, когда молодого и явно более красивого и статного Бекетова отстранили от фавора, потому, когда это стало известно Ванечке, тот близко к сердцу принял грязную интригу, которая в итоге помогла ему взойти на Олимп фавора. Кроме того, сама государыня потребовала от своего любимого не встревать в ситуацию. Но и запрета что-либо делать для старшей ветви Шуваловых не последовало. Данное обстоятельство означало то, что Елизавета предоставила волю на поступки и наследнику.

Петр Иванович, как мозг и направляющая длань партии Шуваловых, высоко оценил те доказательства преступлений, что были принесены курьером-мальчишкой. Вьюнош не знал тех людей, что вручили ему аж цельный рубль за доставку свертка с бумагами и еще с чем-то. Обидно Петру Ивановичу было то, что примерно треть всех финансовых махинаций были на самом деле и не его вовсе, а совершались только лишь под прикрытием всесильного Шувалова. Далеко не глупый человек, уже вычислил пять своих управляющих и приближенных, которые крали из казны и не делились с ним, хозяином. Петр не знал о воровстве в своем окружении, а вот Шешковский узнал. Петр Иванович в некоторой степени даже был бы благодарен за такую информацию, он за копейку пекся, ненавидел вороватость в иных, в себе сего не замечая. Свое воровство Шувалов считал справедливой платой за труды на благо отечества. Столько прожектов воплотил, переписал крестьян всей империи, мануфактуры ставит, внутренние мытни отменил.