Женщины удивленно переглянулись, понимая, что я никак не мог слышать их разговор, будучи во дворе, на что я опять усмехнулся. Вытерев вымытые руки салфеткой, достал гарнитуру, тщательно протер ее, воткнул разъем в радиостанцию и сделал шаг навстречу Трояновой.

– Позвольте, Ксения Витольдовна, – и протянул руку к ее ушку, – не беспокойтесь, ничего предосудительного.

Она пару секунд смотрела мне в глаза своими зелеными притягательными глазищами и, чуть улыбнувшись, кивнула головой в знак согласия. Все она поняла, что я чувствую – женщины давно не было, а такую, из-за которой можно потерять голову, вообще давненько не встречал.

Я нежно, едва касаясь ушка, вставил ей гарнитуру, закрепил ее и вложил в ручку коробку радиостанции, которую переключил на канал радиожучка. Потом, сделав полшага назад, нагнулся и демонстративно вытащил из подола ее платья булавку. Сделав еще шаг назад, усмехнулся и как в импровизированный микрофон проговорил:

– Раз, раз, проверка, – и с удовольствием увидел, как у нее расширяются глаза. А я, чтоб усилить впечатление, вышел в коридор и там так же проговорил:

– Раз, раз, еще одна проверка, Ксения Витольдовна, как слышите?

И тут же вернулся обратно и натолкнулся на ее возмущенный и одновременно восторженный взгляд.

– Ну вы и жук, Евгений Владимирович! Между прочим, это подло, подслушивать…

Я чуть скривился – все никак не могу привыкнуть к некоторым закидонам местной психологии.

– Ксения Витольдовна, вы должны понимать, когда вопросы касаются безопасности, особенно безопасности беззащитных женщин, возникает необходимость пренебречь некоторыми условностями. Да, я перестраховался, пришлось прослушать вас, прежде чем принимать решение идти на прямой контакт. Ну а представьте картину: наши с вами противники раньше времени сделали первый шаг, и здесь меня ожидала ловушка. Допустим, Екатерину Аристарховну взяли в заложники, и пока я там во дворе колю дрова, вас запугивают и заставляют делать что-то против вашей воли? Вы бы хотели в такой ситуации, чтобы я вмешался и занялся вашим освобождением?

Она задумчиво посмотрела на меня и согласно кивнула головой, соглашаясь с тем, что в моих словах есть резон, красочно представив эту картину.

– Вы вызвали меня из другого мира, с моими возможностями, правилами, привычками и методами достижения поставленной цели. Невинные не пострадают, но все остальное на мое усмотрение, и если вы подумаете, то согласитесь с тем, что возможно именно так можно решить ту задачу, ради которой все и было затеяно.

– Вы правы, Евгений Владимирович, – ответила она сразу, – совершенно правы. Те люди – они способны на такое, и то, что вы действуете так решительно, но при этом достаточно предусмотрительно, делает честь вам. Но… вы задержались, – для приличия чуть уколола.