— Добро пожаловать, Найджел! — промолвила она.

Он склонился и поцеловал эту руку.

— Святая Екатерина помогла мне вернуться домой, — сказал он.

Каким веселым был этот ужин в косфордском господском доме! Найджел сидел между благодушным старым рыцарем и леди Мэри во главе стола, а у нижнего конца Сэмкин Эйлвард, втиснувшись между двумя служанками, то смешил, то пугал своих соседок рассказами о войне во Франции. Найджел должен был приподнять каблуки своих сапог из кожи лани, чтобы показать маленькие золотые шпоры. Пока он рассказывал обо всем, что с ним произошло, старый рыцарь то и дело хлопал его по плечу, Мэри сжимала в ладонях его сильную правую руку, а добрый старик-священник, улыбаясь, благословлял их обоих. Найджел вынул из сумки на поясе тонкое золотое кольцо, засверкавшее в свете факелов.

— Ты сказал, что завтра должен отправиться в путь, святой отец? — спросил он у священника.

— Да, сын мой, меня ждут.

— Но ты можешь помедлить до конца утра?

— Если я отправлюсь в путь после полудня, то не опоздаю.

— За утро ведь можно сделать очень много! — Найджел посмотрел на Мэри, а она покраснела и улыбнулась. — Клянусь святым Павлом, я и так уже ждал слишком долго!

— Ей-ей, и я тоже недолго был женихом твоей матери, Мэри! — воскликнул, посмеиваясь, старый рыцарь. — Женихи в былые дни не мешкали понапрасну. Завтра вторник, а вторник — день легкий. Жаль, что добрая леди Эрминтруда более не с нами и не увидит свадьбы! Старая гончая нагоняет нас, стариков, одного за другим, сам я слышу ее лай уже совсем близко и радуюсь, что перед концом успею назвать тебя сыном. Дай мне твою руку, Мэри, а ты свою, Найджел. Примите же благословение старика! Да хранит вас обоих Бог, да ниспошлет Он вам все, чего вы заслуживаете, ибо поистине во всей нашей прекрасной стране не найдется жениха благородней и невесты, более достойной стать его супругой.

Так расстанемся же с ними теперь, когда их сердца полны светлой радости, а перед их молодыми взорами простирается золотое будущее, полное счастья и надежд. Ах, мечты, рожденные зеленой весной! Увы, как часто они чахнут, увядают, опадают и истлевают по сторонам жизненной дороги! Но на этот раз по Божьему соизволению все произошло иначе — они расцвели пышным цветом, становились все прекраснее, все чудеснее, и весь широкий мир мог дивиться их красоте.

В другой книге было рассказано, как имя Найджела с годами обретало все большую славу, а Мэри всегда оставалась достойной его, и они поддерживали друг друга, поднимаясь все выше. Во многих странах добывал себе Найджел славу и честь, и всякий раз, возвращаясь изнуренным в свой дом, он черпал у той, кто была украшением этого дома, новые силы, загорался новым огнем и вновь стремился к подвигам. Много лет они жили в Туинемском замке, любимые и почитаемые всеми. А затем в свой срок вернулись в тилфордский господский дом и провели счастливую здоровую старость среди тех вересковых холмов, где прошла буйная юность Найджела до того, как война стала его ремеслом. Туда же вернулся и Эйлвард, когда расстался с «Пестрым кречетом», где долгие годы продавал эль жителям окрестных лесов.