Однако течение было стремительным и быстрым, и, хотя Аллейн плавал хорошо, задача его оказалась нелегкой. Схватить Трантера за волосы было делом нескольких секунд, но вот удерживать его голову над водой и выбираться из течения оказалось гораздо труднее. После сотни взмахов он как будто не подвинулся ни на дюйм. Наконец среди взрыва радостных криков и похвал они медленно и вполне явственно передвинулись в более тихую воду, и в эту же минуту Форд бросил в реку с десяток поясов, скрепленных между собою пряжками, и этот спасательный канат попал им прямо в руки. Три рывка нетерпеливых товарищей — и обоих противников, промокших и бледных, втащили на берег; задыхаясь, они тут же повалились на траву.

Джон Трантер пришел в себя первым: хотя он и пробыл дольше в воде, но не тратил сил во время отчаянной борьбы с течением. Он с трудом встал на ноги и опустил глаза на своего спасителя, который приподнялся на локте и, чуть улыбаясь, слушал шумные поздравления и похвалы окружавших его оруженосцев.

— Я вам чрезвычайно обязан, сэр, — сказал Трантер отнюдь не дружелюбно. — Certes[106], если бы не вы, я так и остался бы в реке, ведь я родился в Уорикшире, местность там безводная, и в наших краях почти никто не умеет плавать.

— Благодарности мне не нужно, — отрывисто ответил Аллейн. — Форд, дай руку и помоги встать.

— Река стала моим врагом, — продолжал Трантер, — а для вас она оказалась добрым другом, ибо сегодня спасла вам жизнь.

— Что ж, пусть будет так, — отозвался Аллейн.

— Но теперь все кончено, — заявил Харкомб, — и никакой беды не случилось, а я одно время опасался, что будет иначе. Наш молодой друг честно и благородно заслужил право стать членом нашего славного цеха оруженосцев города Бордо. Вот твой камзол, Трантер.

— Но, увы, мой славный меч лежит на дне Гаронны! — сказал тот.

— А вот и твоя куртка, Эдриксон! — воскликнул Норбери. — Набрось ее на плечи, пусть на тебе будет хоть что-нибудь сухое.

— Теперь идем обратно в аббатство, — предложили несколько голосов.

— Одну минуту, господа! — крикнул Аллейн, который стоял, опираясь на плечо Форда и все еще держа в ослабевшей руке сломанный меч. — Может быть, мне налилась в уши вода и я не уловил того, что было сказано, но, по-моему, этот джентльмен до сих пор не извинился передо мной за то оскорбление, которое нанес мне в зале.

— Как? Вы все еще хотите продолжать ссору? — спросил Трантер.

— А почему бы и нет, сэр! Я очень медлю, решаясь на такое дело, но, уже начав, буду доводить до конца, пока во мне есть жизнь и дыхание.

— Ма foi! В вас теперь маловато и того и другого, — резко заявил Харкомб. — Послушайтесь моего совета, сэр, и прекратите эту историю. Вышли вы из положения весьма удачно.