— Что, Аллейн? Неужели ты видишь пятна даже на солнце?

— Ну подумай, Форд! Разве длинная и благородная борода не придала бы лицу бóльшую выразительность и силу?

— Пресвятая Дева, — воскликнул Форд, — да ты спятил! Борода у прекрасной маленькой Титы?

— Тита? А кто говорит про Титу?

— А кто говорит не о ней?

— Да я же обсуждал с тобою изображение святого Реми, друг!

— Ну, ты в самом деле гот, гунн, вандал и как еще там обзывал нас старик. Неужели ты можешь придавать такое значение его мазне, когда в той же комнате перед тобой была картина, написанная самим Господом Богом? Но кто этот человек?

— Пожалуйте, сэры, — сказал какой-то лучник, подбегая к ним, — Эйлвард и остальные будут очень рады видеть вас. Они вон в том доме. Эйлвард просил передать вам, что нынче вечером вы лорду Лорингу не понадобитесь. Он будет ночевать у лорда Чандоса.

— Клянусь, нам не нужен проводник, чтобы найти их…

В эту минуту из таверны на правой стороне улицы донеслись взрывы хохота и топот ног. Молодые люди вошли в низкую дверцу, спустились по вымощенному плитами коридору и оказались в узком длинном зале, озаренном факелами, пылавшими в обоих его концах.

Вдоль стен были брошены охапки соломы, и на них полулежало десятка два-три лучников, все из отряда; шлемы и куртки они поснимали, рубашки были расстегнуты, мощные тела раскинулись на глинобитном полу. Возле каждого стояла кожаная фляга с пивом, а в конце зала была водружена бочка с выбитой втулкой, сулившая и в дальнейшем щедрое угощение. Перед бочкой на пустых бочонках, ящиках и грубо сколоченных скамьях сидели Эйлвард, Джон, Черный Саймон и еще трое-четверо лучников-вожаков, а также Гудвин Хаутейн, старший шкипер, оставивший свой желтый корабль в устье реки, чтобы в последний раз выпить со своими друзьями из отряда. Форд и Аллейн уселись между Эйлвардом и Черным Саймоном, причем их появление нисколько не повлияло на царивший в зале шум и гам.

— Эля, mes camarades, — воскликнул лучник, — или, может быть, вина? Одно из двух — во всяком случае! Ну-ка, Джек, чертов сын, принеси нам бутылку старейшего вернэджа и смотри не тряхни ее! Слышали новость?

— Нет, — ответили оруженосцы в один голос.

— Предстоит блестящий турнир.

— Турнир?

— Да, мальчики. Ибо капталь де Бюш поклялся, что найдет пятерых рыцарей по эту сторону пролива, которые победят любых пятерых английских рыцарей, когда-либо садившихся в седло. И Чандос принял вызов, а принц обещал золотой кубок тому рыцарю, который будет вести себя доблестнее всех, весь двор только и говорит об этом.

— А почему состязаются только рыцари? — проворчал Джон из Хордла. — Разве они не могли бы выставить и пять лучников, которые бы отстаивали честь Аквитании и Гаскони?