Светлый фон

— Да не рыпайся. Сиди дома, как и сидишь. Если срисуешь этого шибздика, тогда будем решать. — Ответил Миха.

Но Сыч, помотавшись по городу на такси, в пьяном угаре, так и не понял, что сейчас ему нужно и где искать вообще этого Алика. Начал строчить Аленке. Да он знал, как они расстались. Что была между ними недосказанность и неприязнь. Лебедь тогда встречал ее с этим новым парнем. Хлопнул пару раз по щекам Алёнке и назвал плохим словом. Она и обозлилась. Сережа в надежде на то, что этот человек сейчас сыграет ему на руку, объединится против Алика и поможет, стал выспрашивать у нее адрес.

«Хочешь, я завалю его? Он столько дерьма тебе сказал и сделал. Я тебе отвечаю — я убить его приехал. Специально. Где он живет?»

«Хочешь, я завалю его? Он столько дерьма тебе сказал и сделал. Я тебе отвечаю — я убить его приехал. Специально. Где он живет?»

«Как вы мне надоели. Разбирайтесь там сами. Я не знаю его нового место жительства. Отвали, придурок!» Лишь огрызнулась Булкина.

«Как вы мне надоели. Разбирайтесь там сами. Я не знаю его нового место жительства. Отвали, придурок!»

А следом отправила пересылкой сообщение переписки их с Сычом Алику.

«Это все, что я могу для тебя сделать на последок. Все же не чужие люди. Нас многое связывает. Было хорошее»

Это все, что я могу для тебя сделать на последок. Все же не чужие люди. Нас многое связывает. Было хорошее»

Лебедь был спокоен. На следующий день, его подобрал из дома Медведь и они отправились в дом к Лехе, в Ольхуны, где сейчас и находился Сыч. Шёл сильный дождь с мокрым снегом, температура была плюсовая, несмотря на то, что подступал декабрь. Подъехали к воротам. Все тихо. Горел свет, на первом этаже. Миха перемахнул через забор, отпер калитку, с внутренней стороны и Алик вошел во двор. Крутанул ручку двери. Она оказалась не заперта.

— Значит так. Заходим сейчас и в сторону. Если этот пархатый стрелять вздумает, то хотя бы не зацепит. — Обозначил Медведев. — Потом гаси его сразу, кидай на пол и «ломай ему хуй»!

Ребята отворили резко дверь. Сыч выходил как раз их кухни с чашкой чая и блюдечком с бутербродами. Опешил и встал как вкопанный.

— Вы че бля? Хули надо? — Гаркнул он.

Алик выпустил ему струю из газового баллончика в лицо. Тот схватился руками за глаза, выронив все и начал орать и кататься по полу.

Медведь заржал во все горло и отворив дверь, вышел на крыльцо, чтобы не вдыхать едкий запах перца и газа.

— Ты на кого тянешь, ты, животное? — Заорал Алик. Ты вообще шоль берега спутал, малой? Ты меня валить собираешься? На! Давай! Я вот он. Тут. Хули ты разлёгся, чертила? Загасить тебя самого, прямо тут или сам доберёшься и помрёшь? Знаю все! Доложили! Есть доказательства. Переписка. А ты думал что? Меня тут каждая собака призирает? Че за хуйня? Как объяснишь это?