Теперь, представив сего боевого папу во всем его блеске, начинаем рассказ о его борьбе с венецианцами за Романью. Воссев на престол Св. Петра, он сразу поставил перед венецианцами вопрос о возвращении Романьи; те предложили ему номинальный суверенитет с выплатой кое-каких денег. Они еще не знали папу Юлия! Он тут же заявил венецианскому послу в 1504 г.: «Венецианцы надеются использовать нас, будто своего капеллана, но им это не удастся». К осени того года коварный папа (недаром его мать была византийкой) объединил против Венеции Францию и Священную Римскую империю – правда, новые союзники папы тут же перессорились между собой, однако венецианцы почувствовали клюв «жареного петуха» и предложили папе своеобразные «отступные» – Римини, Фаэнцу и Червию. Юлий почуял слабость льва Св. Марка и на примирение не пошел, занял Перуджу и Болонью (1506 г.). Затем начал действовать император Максимилиан I (1459—1519 гг., король Германии с 1486 г., император Священной Римской империи с 1508 г.): Венеция отказалась пропустить его в Рим на коронацию с войском, тот открыл военные действия, но был разбит и вынужден подписать мир на три года. Яростный Юлий решил разобраться с Венецией, говоря: «Пусть даже это будет стоить мне тиары». Суля разделить венецианские владения, папа разослал послов во Францию, Испанию, Милан, Венгрию и Нидерланды. Так 10 декабря 1508 г. образовалась так называемая Камбрейская лига – как писал папа: «…чтобы положить конец тем оскорблениям и том урону, что венецианцы наносят не только Святому престолу, но и Священной Римской империи, Австрийскому дому, герцогам Миланским, королям Неаполитанским и множеству других государей, покушаясь на их собственность и присваивая ее, занимая их города и замки, будто сговорившись чинить вред всем вокруг.. Таким образом, мы находим не только желанным и достойным, но необходимым созвать всех, чтобы силой унять ненасытную алчность венецианцев, что бушует, подобно великому пожару».

Началась война; венецианцы предложили папе забрать Римини и Фаэнцу, но его эти уступки уже не интересовали: «Пусть синьория распоряжается своими землями, как ей заблагорассудится», – холодно ответил он. Далее историк Д. Норвич пишет: «27 апреля папа Юлий II выпустил буллу… Он громогласно возвещал, что венецианцы настолько раздулись от гордости, что оскорбляют соседей и вторгаются на их земли, не делая исключения даже для Святого престола. Они замышляют против наместника Христова на земле, они презрели законы Церкви и его собственные наказы в отношении епископов и священников, заключая их в темницу и отправляя в изгнание. Наконец, в то время, когда он, папа, собирал всех христиан против неверных, они использовали его усилия в своих интересах. По этим причинам он торжественно объявлял об отлучении Венеции и наложении на нее интердикта. Если в течение двадцати четырех часов не последует полной реституции, любому человеку или государству дозволялось нападать на нее, грабить ее или ее подданных, препятствовать перемещению их на суше и на море и причинять любой мыслимый урон».