Светлый фон

В плену гамулов Анна Рыжак

В плену гамулов

 

Анна Рыжак

Горы — не стадионы, где я удовлетворяю свои амбиции, они — храмы, где я исповедую мою религию. Здесь я пытаюсь постичь суть бытия. Достичь того, что не измеряется положением в обществе и богатством.

Горы — не стадионы, где я удовлетворяю свои амбиции, они — храмы, где я исповедую мою религию. Здесь я пытаюсь постичь суть бытия. Достичь того, что не измеряется положением в обществе и богатством.

 

Анатолий Букреев, альпинист

Анатолий Букреев, альпинист

 

Всё больше и больше на свете навсегда забытых нами людей.

Всё больше и больше на свете навсегда забытых нами людей.

 

Д. Горчев, «Деление на ноль»

Д. Горчев, «Деление на ноль»

Иллюстратор Светлана Грачева

Иллюстратор

Корректор Анна Рыжак

Корректор

 

© Анна Рыжак, 2023

© Светлана Грачева, иллюстрации, 2023

 

ISBN 978-5-0059-5474-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

персонажи и их имена — плод фантазии автора, и какое-либо сходство с ныне живущими или ранее живущими реальными людьми случайно

персонажи и их имена — плод фантазии автора,

и какое-либо сходство с ныне живущими или ранее живущими реальными людьми случайно

Пролог

Пролог

На лямке рюкзака затрещала рация.

 

— Иван, ответь Андрею, приём.

— Андрей, это Иван, слышу тебя на пять, приём.

— Иван, группа сорвалась с маршрута. Произошел камнепад. У меня сломана нога. Кажется, есть погибшие. Как слышно? Приём.

— Андрей, слышу тебя. Принято. Возвращаюсь. Конец связи.

Глава 1. Сложная задача

Глава 1. Сложная задача

Горы в любой момент могут превратиться из друга во врага. Катерина знала об этом, поэтому старалась кататься осторожно и исключительно в хорошую погоду. Она сидела на горнолыжном склоне, недавно выровненном снежным тягачом. От вчерашних выбоин и накатанных канавок не осталось и следа: шасси ратрака покрыло склон ровными отпечатками широких гусениц. Трассы преобразились и звали на головокружительные гонки. Ранним утром было не так много желающих покорять горные вершины, ведь по вечерам в Шерегеше гремят в барах атмосферные молодёжные вечеринки.

Катерина сегодня решила встать пораньше, чтобы насладиться тишиной морозного утра. Последнее время она так вымоталась на работе, что минуты в одиночестве среди дремлющих вековых деревьев, вдали от столичной суеты казались настоящим блаженством. Девушка высунула из балаклавы кончик носа и жадно втягивала лесной воздух. От тёплого дыхания ресницы покрылись легким инеем и при соприкосновении с веками нежно таяли, оставляя мокрые капельки на коже.

— Эй, Кэт, — послышался сзади голос старшего брата, — не сиди долго на снегу.

— Я недолго. Присела на минуту полюбоваться, как с лап сосен срывается и падает снег после вчерашнего снегопада и как встаёт солнце над посёлком.

— Угу, вид здесь завораживает, — согласился Аркаша и подрулил к ней на сноуборде, сел рядом. — Представь, только что ставил доску в сугроб, а она выскользнула из рук и полетела вниз по склону. Хорошо, что какие-то парни успели остановить ее, и людей немного — ни в кого не въехала железным кантом. Считай, технику безопасности нарушил. Эх… — он приспустил шарф-балаклаву и выпустил тёплый вздох сожаления в звенящий морозцем воздух.

— Не переживай, в следующий раз будешь осмотрительнее, — подбодрила Катерина и похлопала его перчаткой по спине.

— Обязательно, — Аркаша подмигнул ей через радужные горные очки, но она, конечно, этого не увидела. — Поехали вверх, на «Мустаг»! Там тоже с утра трасса только-только после ратрака, а виды!.. Горы и холмы как на ладони!

Катерина представила, как он зажмурился от удовольствия, и засмеялась.

— Хорошо, встретимся у подъемника.

Аркаша со скоростью ветра уехал вниз по склону. Катерина стояла на доске и смотрела, как вдалеке надувается пузырем от ветра его салатовая куртка. Она решила не спешить и съехать по Булочке, наслаждаясь видами гор, леса и просыпающегося Шерегеша. Солнце восходило, заливая заснеженные холмы Кузбасса нежно-розовым светом. Морозный воздух щипал нос. Стояла звенящая тишина, только изредка мимо Катерины пролетали лыжники и сноубордисты, оставляя за собой клубы радужной снежной пыли.

Девушка напрягла ноги, и доска остро наточенным кантом послушно врезалась в снег, потащив ее вниз, оставляя огромные зигзаги на склоне. Метр за метром Катерина спустилась к подъёмнику.

— Мда, я тебя тут, кажется, уже вечность жду, — проворчал Аркаша, — минуты превращаются в часы, мы должны окупить ски-пасс: подняться и спуститься минимум шесть раз, чтобы было выгодно!

— Не бубни, — усмехнулась Катерина, — успеем, день только начался.

Брат с сестрой прошли через турникет, дождались взмаха рукой от дежурного — можно садиться. Они плюхнулись на дерматиновое сиденье и зафиксировали раму, чтобы не выпасть из него на высоте. Ехали молча, каждый думал о своём, глядя на проплывающие мимо открытой кабинки ели и березы, покрытые снегом. На высоте воздух особенно бодрил ледяной прохладой.

— Где наш младший братец? — спросила Катерина.

— Он переехал на сектор Е. Сейчас прокатимся по «Мустагу» и тоже туда рванем.

— Давай лучше на «Лоб».

— Да ты что! Эта трасса слишком крутая.

— Боишься? А я нет! — Катерина засмеялась.

— Не боюсь, просто нет желания спускаться оттуда, поеду на более плавную, — пожал плечами Аркадий.

— Хорошо, отправлюсь туда одна. Ближе к обеду встретимся в «Юрте», я обожаю в этом кафе бруснику со сгущёнкой.

— По рукам, — брат поднял защитную рамку, освобождая ноги и сноуборды от преграды. — Вот и вершина. «Мустаг»! Погнали!

Брат с сестрой съехали с подъемника и заскользили вниз по склону, резво объезжая новичков и оставляя их позади.

 

***

 

Ближе к обеду Катерина отправилась на «красную» трассу высокой сложности. Она подъехала к началу спуска и остановилась, но мелкие комки снега продолжали выскакивать из-под доски и лететь наперегонки вниз к подножью горы. Трассу уже раскатали, после снегопада и наплыва сноубордистов и лыжников появились глубокие снежные ямы. Она смотрела вниз и не решалась начать движение. Ей нравилось само предвкушение от спуска с крутой трассы. Вдалеке дымились трубы небольших гостевых домов и кафе, приглашая выпить горячего глинтвейна или травяного чая с мёдом с местных пасек. В желудке заурчало. Катерина начала осторожно спускаться на заднем канте, притормаживая. Несколько раз ноги не выдерживали напряжения, она падала на спину и подлетала на ухабинах. Торможение доской помогало мало. Только к середине пути трасса стала плавной, и девушка начала легко скользить по снежной глади горы. Длинные волосы развевались на ветру. От наслаждения она подставила лицо солнцу…

Удар в спину!

В глазах засверкали звездочки. Она потеряла равновесие и упала лицом в сугроб.

Очки отцепились от шлема и отлетели.

Снег залепил ей глаза и нос.

Катерина не поняла, что произошло…

Ее сбил сноубордист, который нёсся с вершины. Удар был так силен, что голова гудела и шла кругом. Она была в шлеме, да и тот немного съехал, и в русые волосы забились снежные комья.

— Девушка, с вами все в порядке? — крикнул приземлившийся недалеко молодой человек; его так же протащило лицом по склону. Он отстегнул сноуборд и подбежал помочь ей подняться. Катерина некоторое время сидела молча, переживая удар и головную боль. Только показала кулак и потрясла им в воздухе, мол, «вот приду в себя и задам тебе!». Парень встал, чтобы отряхнуть фиолетовый с жёлтым комбинезон от снега и виновато смотрел на неё.

— Я — Егор. Могу оставить номер телефона, если понадобится какая-то помощь.

— Ничего не надо! Куда ты так несёшься?!

— Это случайно получилось. Такие ухабины накатали. Я зацепился за куст, подпрыгнул на кочке, и привет.

Девушка тяжело вздохнула.

— Ладно, пройдет. Сам-то в порядке? — поинтересовалась она и начала отщелкивать крепления сноуборда. Решила, что дальше пойдёт пешком.

— Вполне! — довольно отозвался Егор. — Я — крепкий орешек.

— Что ж, хорошо.

Она побрела пешком к подножью горы, прихрамывая и волоча за собой снаряжение. Повезло, что идти осталось недалеко. Егор ещё что-то кричал вдалеке, но в голове так шумело, болели нога и плечо, что Катерина уже его не слушала. Только обернулась, помахала перчаткой, крикнула ему: «не слы-ышуу!» и пошла дальше.

 

***

 

В «Юрте» всегда было много посетителей: краснощекие парни и девушки, взрослые и дети, во флисовых кофтах, широких штанах и мощных ботах — все галдели, шумели, смеялись, жевали. Когда Катерина вошла, кафе тоже было заполнено под завязку. Во время обеда спортсмены особенно спешили быстро перекусить и вернуться на трассу. Она осмотрелась. Взгляд зацепился за единственный пустующий стол с лавками возле высокой печки-буржуйки. Девушка повесила возле нее на просушку мокрые перчатки и шарф-балаклаву. Положила на стол шлем и очки, тем самым показывая приходящим посетителям, что стол занят.

Однако опознавательные знаки не остановили вошедшую компанию из шести человек. Пока Катерина рассматривала уже давно изученное меню, к ней подошел парень, видимо, их главный. Он спросил разрешения присесть с ней за стол во время обеда:

— Девушка, все столы заняты, не помешаем?

Катерина посмотрела по сторонам: братья пока не вернулись с трассы.

— Да, пожалуйста, садитесь.