– Я был эгоистом, когда позволил тебе ввязаться в мои проблемы. Я так хотел, чтобы ты оставалась со мной. Твое лицо и улыбка приносили мне покой. Лишь в личине Мортимера я начинал терзать себя угрызениями совести и осознавать, что не должен был позволять себе такое малодушие.

– Я не виню тебя за это, – Беверли подняла его голову и позволила себе утонуть в страдающих глазах. – Ты просто устал быть один. И каждый раз, когда я думаю об этом, мое сердце кровоточит.

– Но это не было поводом подвергать опасности и тебя.

– У тебя просто не было выбора,– улыбнулась девушка. – Я сама втянула себя в это и уже никто не смог бы меня остановить.

Беверли гладила руками любимое лицо, желая избавить его от этой тоски и душевных терзаний.

– К тому же, тебе не кажется, что здесь и судьба сыграла свою роль? – лукаво подмигнула девушка. – Она свела нас и подталкивала друг к другу. Хочешь кого-то винить, вини ее.

– Умно, – Сайрус, наконец, улыбнулся. – Но разве она виновата, что я не смог оторваться от тебя?

– О, нет! Это лишь мое природное обаяние и магнетизм, – эти слова вызвали тихий смех Сайруса, и он поднялся на ноги. – Заметь, узнав меня чуть ближе, уже почти невозможно заставить себя отказаться.

Смех зазвучал громче и счастливее, а Беверли в душе ликовала. Она смогла заставить его отвлечься от боли и сожалений. Ее сердце праздновало маленькую победу.

– Скорее твое упрямство и своенравие. Они буквально приводили меня в исступление, – глаза мужчины стали теплыми и ласковыми, лишая взгляд горечи.

– Давай не будем углубляться в эту тему, я ведь тоже могу рассказать, что приводило в исступление меня, – девушка поднялась и, сложив руки на груди, выгнула одну бровь.

Они оба засмеялись, и на душе стало легче. Беверли была счастлива, что он стоит перед ней, что он смеется, что он счастлив, что он жив. Жив! Кстати, об этом!

– Как ты выжил? Я же видела, что монстр из храма пронзил тебя кинжалом! – Этот вопрос интересовал ее давно, но спросить все никак не получалось.

– Лукас спас меня, – грустно усмехнулся Сайрус.

– Как? Как можно воскресить мертвого? Ну, кроме магического свитка, сотканного из темной магии, – удивилась девушка. Она, на самом деле, не так уж много знала о магии. Даже проработав в лавке мистера Мортимера несколько месяцев, мир магии остался для нее под едва откинутой завесой.

– А я и не умер, – пожал плечами Сайрус. – Монстр вонзил клинок мне в грудь, но не в сердце. Я был еще жив, когда Лукас рассек спину чудовища моим кнутом.

– Но как Нут откликнулся на зов человека?

– Мой кнут когда-то принадлежал отцу. Самида хранила его как память о нем, – взгляд мужчины снова стал печальным. – Прежде чем отправить меня в Кармифол она отдала его мне и сказала, что мой отец почитал магию Нута. Она велела мне больше узнать о нем. Во дворце мне были доступны все магические писания и опытные маги. Вместе с одним из учителей и Филиппом мы выясняли его природу. Оказалось, этот кнут принадлежал моей семье долгие века. По линии отца, само собой. Мортимер Холонар получил его от своего отца, а его отец от своего отца…, ну, и так далее.