– Понятно… смотри. – Директор отделения разворачивает свой смарт так, чтобы объёмная картинка была видна и его товарищу. – Он нейроконцентратор снял перед боем. И вырубил Сэя так, насухую.
– Этого не может быть. – Уверенно заявляет начальник учебной части, просмотрев запись трижды. – Это какой-то чит или трюк. Так не бывает. Я очень хорошо знаю Нагано, он не мог проиграть в таком контексте.
– О чём и речь. И вот чего хотел отец Сэя в этой связи лично от меня. Давай спланируем, что будем говорить…
* * *
– Господин Асада? Директор гуманитарного отделения академии Такмагава.
– Здравствуйте, господин Дэкита. Я узнал вас. Что-то случилось?! Останови машину и припаркуйся немедленно… простите, это я не вам, водителю… Продолжайте!
– Даже не знаю, с чего начать… Очень неловкая ситуация. Ваш сын сегодня подрался.
– К-хм. Искренне сожалею, – в голосе отца Асада слышится неподдельное удивление вперемешку с тревогой. – Он жив? Здоров?!
– Не могу знать. ВЫ МЕНЯ НЕ ТАК ПОНЯЛИ! – директор отделения мгновенно реагирует на возникшую из воздуха голограмму отца ученика. – Он ушёл с занятий и, если верить сигналу его концентратора и смарта, удалялся из Академии бегом!
– Мне стыдно за сына. Благодарю за информацию. – Асада-старший сухо смотрит перед собой, коротко кивая в знак благодарности. – Ещё раз: мне досадно, что мой сын…
– ВЫ НЕ ПОНЯЛИ. – Директор отделения, нарушая этикет, перебивает собеседника. – Ваш сын победил. Это и есть причина моего звонка. Он нокаутировал противника.
Отец Асада широко открывает глаза и вопросительно смотрит на собеседника.
– Практически, одним ударом. Сэя Нагано. В дуэльном зале, при всём классе, с соблюдением всех правил поединка, – продолжает преподаватель.
Асада-старший молча хлопает в ладоши, после чего беззвучно шевелит губами, явно произнося в восхищении какое-то ругательство.
– Это не всё. Господин Асада! Поверьте, момент действительно сложный! Пожалуйста, примите от меня видео…