Бронзарт фон Шеллендорф ответил не сразу. Локи же наблюдал исподтишка, стараясь ехидства не выдать. И в самом деле, чего тут придумаешь? Всех охранников подряд предупреждать – или ему, заключенному Локенштейну, пропуск с печатями выдать? А может, даже не пропуск, пистолет «Вальтеру» в пару?

– Решим чуть позже, – рассудил «господин комиссар». – На всякий случай постарайтесь связного задержать, придумайте какую-нибудь причину…

Пожевал губами, моноклем блеснул:

– Сегодня пойдете в тоннель, во вторую смену. Смотрите не только за теми, кто в робах, но и за саперами. Мало ли, вдруг появится ниточка.

– Та-ак точно! – выдохнул камрад Нечетный. – Будем смотреть!

* * *

Третий грузовик далеко не уехал – вильнул, чуть не врезавшись в стену тоннеля, затем с громким визгом затормозил. Шофер, выбравшись из кабины, бросился к задним колесам.

– Оба ската прокололи, – констатировал кто-то. – Ловкачи!

Локи опять попал во вторую «коробку», но теперь на его поясе висит противогазная сумка. Открывать не стал, понадеявшись, что и на этот раз обойдется. Народу в «коробке» много, может, очередь и не дойдет. Работа началась резво, два грузовика нагрузили без проблем. И вот…

Прибежавший охранник принялся орать на шофера, но тот не остался в долгу. Грузовик застрял прочно, перегородив тоннель. Одно колесо можно заменить запаской, но за вторым придется сходить. А это не слишком близко.

И вправду, ловкачи.

«Полосатики» собрались у грузовика, благо, никто не мешал. «Мертвоголовый» явно увлекся, обкладывая шофера длинными периодами на выразительном мекленбургском диалекте. Тот огрызался на «хохе», причем очень удачно. Локи заслушался было, но вдруг почувствовал знакомый укол прямиком в печень. Удивился, втянул ноздрями воздух…

Сено! Прелое сено! Снаряды в кузове!..

Кричать, однако, не стал, умнее поступил. Втиснулся в толпу, в самую гущу, и шепотом, но так чтобы услыхали:

– Камрады! Газы!..

И подался назад, на всякий случай расстегивая противогазную сумку. Вдруг народ стойкость проявит? Тогда, хочешь, не хочешь, придется слоником обернуться.

Не понадобилось – толпа уже распадалась. «Полосатики» вначале пятились, поглядывая на охранника, но потом, осмелев, бодро застучали деревянными башмаками. Кто-то уже и побежал, подавая пример. Хорст отодвинулся к стене поближе, повернулся…

– Мирлацванциг, троммельбаух!

И чужая ладонь на плече.

Локи обмер, ног не чуя, да так, что память обрел. Поглядел назад.