Из библиотеки Сергей дошел до Камова, но того не было дома. Интересно, что он скажет о парнях? Насколько Сергей мог присмотреться к ним и Кирилл и Витя не производили впечатления «засланных» казачков. Не было в них ни этакой блатной наглецы, и пронырливости и подобострастности. Хорошие, простые ребята. Совсем не хотелось думать о них плохо, однако, во исполнение древней мудрости, Сергей попросил старого шамана-полицейского обойти те места, где парни, по их словам раньше работали. Работали ли они там на самом деле, какие впечатления о себе оставили, не были ли замечены в связях с криминалом, или просто в уголовных наклонностях? Наверное, еще не закончил…

Чтобы успокоиться, Сергей зашел в пивной павильон, взял кружку пива и теперь сидел за столиком, размышлял. Перед ним лежала наполовину распотрошенная вобла и чистый лист бумаги. Медленно покрывавшийся маленькими рисунками чертей.

Сергей думал. Как жить дальше.

Реактивов для первой партии хватает, вот для второй и последующих их нужно заказывать. Побираться по местным предприятиям — не дело.

На листке появилась первая запись: «Обойти фабрики, узнать, где они покупают сырье, направить письма».

Опять забыл спросить у Виктора Алексеевича, может ли тот сделать пасту требуемой вязкости.

«Спросить у химика насчет пасты».

— Разрешите?

К столику Сергея подошел молодой мужчина, в светло-сером костюме, с двумя кружками пива в руках.

— Отчего же нет? — Сергей сдвинул бумаги, — Присаживайтесь.

Парень присел на скамейку и, зажмурившись, сделал большой глоток. Так смачно, что Сергей тоже отпил своего.

— Хотите? — он кивнул соседу на свою воблу, видя, что у того нет ничего кроме кружек.

— Нет, — улыбнулся парень, — Спасибо. Если бы здесь быть претцель или колбаски… Хотя пиво вкусное. Почти как в Германии.

— А вы были в Германии? — забавный парень. И акцент…

— Я родился в Германии. Я — немец.

Сергей поперхнулся. Ну да, светлые соломенные волосы, водянистые голубые глаза. Типичный немец.

— А здесь вы… что?

Для Сергея немцы и большевики были однозначными врагами. И пусть здесь нет у власти ни Сталина, ни Гитлера. Стереотипы, однажды вбитые в мозг, держались надежнее ржавого гвоздя.

— Я здесь проездом, — парень улыбнулся и Сергей понял, что, судя по улыбке, эти две кружки сегодня были не первыми. Даже не в первом десятке.

— Прошу прощения, забыл представиться, — немец привстал, — Карл Мессер.