— Километров пятьсот.

— Думаешь, не дотянем?

— Да дотянем, но уж больно прилипчивые амеры.

— Говорил тебе — СОС не посылать. Теперь мечемся, как зайцы от гончих.

— Серега — выводи на экран землю по обзору и датчики, что за нижнюю полусферу отвечают — это тебе Гена. Глаз не своди с экрана. Серёга — твой передний обзор. Мне тыл и верхнюю полусферу. Давайте мужики — если прошляпим — нам трендец. Сразу в отвал спустят.

— У меня никого, — спокойно доложил майор.

— У меня тоже не густо, — Сан Саныч стерег монитор не отрываясь. Серый подозрительно не отвечал.

— Серега что молчишь?

— Да не пойму. Что то впереди и снизу идёт носом на нас, аж белая полоса сжатого плотностью рубки винтов воздуха, как речка за хвостом, — «перехватчик» наводили на Ракушку по «Аваксу» через данные спутника. И у пиндостанцев это здорово получалось. Старались военные, да и не хотели попасть под горячую руку на расправу Брински.

— И что? А ну — приблизь!

— Из него какие-то ящики выпадают! Капли, конусы, — мокрые от пота в громоздких специальных комбезах, перчатках и шлемах — пять стрелков боевого отделения С-130U безжалостно выкидывали из боеукладки самые тяжёлые снаряды сто пяти миллиметровой гаубицы, сыпали в открытый люк сорокамиллиметровые конусы «Бофорса» и двадцатипятимиллиметровые гостинцы от GAU.

— Стервятник! Соображает, что не достать! Облегчается — гад летающий!

— Ну, вот майор — и дождались! Не долго музыка играла, не долго танец танцевал! Серёга это вообще что? На истребитель не похоже! Он что нас таранить собрался?

— Не успеет. У него высота меньше!

— А что там у него сбоку торчит? Не пушка случайно?

— Где?

— А вон — у основания правого крыла!

— Мать его женщина! Серега уходи от него вправо по его левому борту!

— У — порода пиндостанская — разворачивается вправо! — ганшип, как будто распознал намерения Ракушки и тоже начал закладывать вираж вправо, выставляя под брюхо тарелки сто пяти миллиметровку и автоматические пушки. Самолёт зачерпнул левым крылом воздух, накренился выворачивая правый бок пушками вверх. Летчик абрикосовой летающей артиллерийской батареи пытался изо всех сил выполнить то, что приказал коммандер Брински — сбить Ракушку над землёй. Трудность заключалась в том, что конструктивно все три пушки летающего линкора были сориентированы на стрельбу по земле, а не по небу.

— Командир упадём! — не выдержал второй пилот ганшипа, когда С-130U начал неизбежно снижать на повороте набранную скорость и вот-вот мог завалиться в неуправляемый штопор