— Можно подумать, ты еще не догадался.

— Ну-у. Как тебе сказать. А лет-то вам сколько?

— Мы в зимах считаем. Мне семнадцатая пошла, а сестра на зиму младше.

Вдруг Сасса встрепенулась.

— Слышите? — прошептала она испуганно. — Собаки!

Гай прислушался. Да, издалека доносился лай — грубый, басистый лай сарматских псов, остроухих, длиннолапых, зубастых.

— Ходу! — выдохнул Гета.

Гай схватил Сассу за руку и понесся вперед, следом за Гетой, чья спина так и мелькала впереди.

Поднажав, легат поравнялся с мальчишкой, внезапно схватил его за плечо и повалил в снег, тормозя ногами изо всех сил.

— Сто-ой!

— Ты чего?! — выкрикнул Гета, выплевывая снег.

Гай, ни слова не говоря, показал, чего. Поперек тропинки, четко выделяясь на снегу, была натянута оленья жилка.

— О, Замолксис… — прошептала Сасса, зажимая рот ладошкой.

— Не топтаться, — резко сказал Гай. — Осторожно идем дальше, перешагиваем и идем!

По очереди они переступили растяжку. Гета с содроганием увидел в кустах тускло блеснувшую стрелу.

— На кабана ставили, — пробормотал он севшим голосом.

— Надеюсь, пес не ниже вепря, — сухо сказал Гай. — Бегом отсюда!

Они сбежали по склону и взобрались на противоположный. Уже переваливая гряду, Гай расслышал дикий собачий визг.

— Готов! — улыбнулся кровожадно Гета.

— Так им и надо! — мстительно проговорила Сасса.